– Шеба, врача вызывай, быстро – Мазей кровью исходит! – распорядился он. – И перенесите его в дом, в гостевую на первом этаже, там удобнее будет.
– Да, Боксер, сделаем, – кивнул рыжий, направляясь бегом в сторону небольшого отдельно стоящего домика.
– Теперь с тобой, – снова повернулся к плачущей Рите мужчина в черном костюме. – Ты кто вообще? – разглядывая невзрачную спутницу Мазея, спросил он. «Где Мазей раздобыл эту курицу? Никогда рядом с ним не появлялись такие дамочки…»
– Я Рита Абрамченко… – проговорила она, глядя под ноги.
– Однако… – Боксер присвистнул и оглядел стоящую перед ним девушку уже с любопытством. – Коня дочка, что ли?
– Да… – прошептала Маргарита, боясь одного – что сейчас этот мужчина велит выкинуть ее за ворота, а там… страшно даже подумать, что ждет ее там…
– Кто стрелял в Мазея? – напирал Виктор, и девушка совсем потерялась:
– Я стреляла… но я на самом деле не в него хотела…
– А в кого? – прищурился Боксер, наблюдая, как четверо парней вытаскивают из машины Ивана и укладывают его на брезент.
– Аккуратнее несите! И Лоре скажите, пусть пока посидит с ним.
– Хозяину сказать? – спросил рыжий Шеба, но Боксер показал ему кулак:
– Не сметь! Сам скажу, они сейчас в сауне с Аленой, пусть расслабятся, сегодня день тяжелый был. Так что? – обратился он к замершей Маргарите. – В кого целилась-то, Анка-пулеметчица?
– В отца, – буркнула она, и лицо Боксера стало обескураженным. – Что вы так смотрите? – враждебно спросила Маргарита. – Да, в отца, в урода этого! Промахнулась вот, чуть Ваню не убила… Зато потом хорошо прицелилась, попала… – Тут ее нервы сдали окончательно, Маргарита рухнула на дорожку и потеряла сознание.
– …твою мать! – печально констатировал Боксер, садясь на корточки и щупая пульс на запястье девушки. – Совсем прикольно! Придется беспокоить шефа, ничего не попишешь… И с этой куклой что-то делать надо, не бросать же тут…
Он подхватил Маргариту на руки и понес в дом, где уже все пришло в движение, и только Григорий с Аленой пока пребывали в счастливом неведении, наслаждаясь обществом друг друга.
– Аленушка, нам с тобой не пора выбираться? – спросил Григорий, нежно поглаживая лежащую рядом жену по влажной коже.
– Нет… мне так хорошо, ты не представляешь… – пробормотала она, прислушиваясь к движениям его пальцев. – Мне уже давно не было так легко и спокойно…
– Девочка моя бедная… измучилась совсем… – Григорий поцеловал ее в живот, провел пальцем по высокой, полной груди.
