Пока близнецы возились на ковре в зале, изучая новую территорию, Виктор позвонил Мазею. О чем говорили, Алена не слышала, зато услышала звук открывающегося лифта. На цыпочках она подкралась к двери и заглянула в глазок. На площадке расположились двое из куривших перед этим у машины парней. В руках одного из них она увидела бейсбольную биту, а у другого подозрительно оттопыривалась кожаная куртка. Так бывает, если повесить на плечо под куртку короткоствольный автомат, Алена не раз видела, как делают их охранники.
Она вернулась в зал и шепотом сообщила о непрошеных гостях Виктору. Боксер выматерился и прошипел:"
"– Ну, твою мать, попали мы с вами, Алена Сергеевна! Дело серьезное… Дверь у меня, правда, хорошая, такую только гранатой, не думаю, что решатся. – Он снова вынул телефон: – Алло, Мазей? Слушай, тут вообще задница – нас люди Коня обложили, под дверью сидят двое, и во дворе в машине еще народ. Да, пока тихо, но черт знает, что там у них на уме. Нет, это несерьезно… есть у меня «калаш» и два рожка, но я ж не могу тут дом лейтенанта Павлова устроить, у меня двое детей в квартире! Хорошо, жду.
Он положил телефон на стол и ободряюще улыбнулся бледной от ужаса Алене:
– Не переживайте, все будет нормально. Сейчас Мазей с пацанами подъедет, разрулят все. Наше с вами дело маленькое – сидеть и ждать. Пойдемте пока, яичницу пожарим.
Алена поразилась его спокойствию – какая яичница, когда под дверью квартиры сидят двое с автоматом! Но, с другой стороны, что толку впадать в панику? Это ничего не изменит.
Пока Виктор крутился у плиты, одно за другим разбивая на большую сковороду яйца, Алена успела уложить близнецов в спальне на широкой кровати. Они уснули, и мать укрыла их лежавшим здесь же пледом, положила рядом с каждым подушку, чтобы не упали во сне, и вышла на кухню к Виктору. Тот уже успел накрыть на стол, в тарелках дымилась яичница, хлеб, чуть подсушенный в тостере, лежал горкой на тарелке.
– Ну, чем богаты! – развел руками Боксер, глядя на вошедшую Алену.
– Ой, прекрати! – отмахнулась она, садясь за стол. – Я не в семье баронов воспитывалась, переживу. Слушай, Вить… а если Ванька не приедет?
– Как это не приедет, вы что? Он ведь знает, что здесь вы и дети, куда ему деваться? Надо разруливать по-любому, иначе Григорий Валерьевич башку ему снесет, – спокойно отозвался Виктор, садясь напротив Алены и беря вилку. – Поешьте хоть чуть-чуть.
