Могила для бандеровца

— Трое суток? — хотел бодро переспросить Ивлиев, но из его губ прошелестело лишь несколько звуков."

"— Ты не говори ничего, не надо. — Татьяна провела ладонью по его небритой щеке.

 — Все закончилось, бандеровцам не дали ничего взорвать. Знаешь… мне сказали, что папа погиб, спасая шахту. — Глаза девушки наполнились слезами.

— Он герой, твой отец, — с хрипом произнес Василий, радуясь, что смог хоть что-то сказать.

Дальше пойдет легче. Надо, чтобы пошло. — Танечка, ты не плачь! Теперь я буду для тебя всем. Я не оставлю тебя…

— Господи, тебя самого надо выхаживать, — улыбнулась Таня.

 — Горе мое, все время ты к нам попадаешь. Прав главврач, это судьба!

Она оглянулась, убедилась, что в палате на них никто не смотрит, и, наклонившись, осторожно поцеловала Василия в уголок губ.

«Кажется, не снится, — подумал он, закрывая глаза. — Неужели я правда живой…»"