Мои бывшие

Я-то подруга её, сначала думала, что Яна тебя любит. А она на нашего отца нацелилась, все зацепить его хотела, сиськи свои в лицо пихала. Он даже попросил меня как-то не общаться с мелкой шлюшкой, — затараторила Марина. — И так к нему, и сяк. Чуть ли не догола раздевалась, и просила папу, чтобы он её подвез. Один раз он даже к ним зашел по делам, так Яна его и вовсе голой встретила. А тебя за дурака держала, и…

— Заткнись, — рявкнул Мирон, и взглянул на меня.

Я улыбнулась, и еле заметно покачала головой. Меня больше её слова не задевают.

Только жаль, что я на нее столько времени потратила. И что любила её так сильно — жаль.

— Пусть говорит, — прошептала я.

Марина услышала, и взвилась еще сильнее:

— Что, сказочку для них сочинила, Яна? Снова сумела обдурить?

— Я всего лишь сказала правду.

— Какую правду ты могла сказать? — процедила она презрительно.

— Обыкновенную. Что ваш отец был извращенцем и насильником. И ты его покрывала.

— Ложь! — перебила Марина. — Лживая сука! Наш папа…"

"— Насильник, — договорила я спокойно. — Но это он, а ты, Марина? Ты ведь была моей подругой. И… ты ведь заодно с ним была. Я помню тот вечер, когда ты попросила меня в дом Лабовых прийти сниматься. И Тарас остановил свою машину там не просто так. Он меня поджидал. Откуда он мог знать, что я приду? И совпадением это быть вряд ли могло — ваш дом в противоположной стороне. Нет, — грустно улыбнулась я, — Тарас ждал именно меня.

— Не понимаю, о чем ты.

— Вряд ли не понимаешь. Что я тебе сделала, Марин? Я ведь всегда за тебя была. Любила так, как вряд ли родную сестру смогла бы полюбить.

— Любила? — расхохоталась она. — Да ты со мной дружила только чтобы сначала к Мирону прибиться, а потом к отцу. Притворялась недотрогой, чтобы его разжечь… как там? Инстинкт охотника? Знаю я таких. И вечно моим парням глазки строила! Никогда не забуду, как они на свиданиях спрашивали, будет ли с нами Яночка. Может, пригласить её, она же такая милая, — передразнила Марина.

— Любила, к сожалению, — вздохнула я, и нашла ладонь Мирона.

Он сжал её, поддерживая меня, и я снова напомнила себе: слова Марины — ерунда. Они не должны задевать меня. Никогда я не флиртовала с её парнями, никогда не намекала Тарасу на близость.

— В задницу твою любовь, дура.