Одну зажимает зубами, а вторую протягивает мне: – Будешь?
– Спасибо, – отмахиваюсь я и еще раз всматриваюсь в напечатанный текст: «Чернов Давид Алексеевич…» – Твою ж… – Тру рукой лицо, осознавая весь масштаб катастрофы.
Около часа я нахожусь в доме Алексея и его жены и пытаюсь принять свою новую реальность, к которой оказался совершенно не готов. Одно дело не знать, что где-то по городу гуляют твои дети, но когда ты знаешь, что есть два биологических носителя твоего ДНК, то спокойно жить с этой информацией у тебя уже не получится.
– Чернов, пообещай мне, что ты не поедешь к этой женщине. Ты же понимаешь, что раскрытие врачебной тайны – дело подсудное, – говорит Алексей, пока я надеваю пальто.
– Мне пора, – жму ему руку. – Пока Ник, – кричу через весь коридор.
– Ты обещаешь? – переспрашивает Лёха, заглядывая мне в глаза.
– Я позвоню, – отвечаю я и быстрым шагом выхожу на улицу. Мороз пробирает до костей. Но это сейчас к лучшему – принятый мною алкоголь быстрее выветрится. Меня сейчас разрывает от желания сорваться и поехать по адресу, где проживает та самая Диана.
Но здравый разум твердит, что уже поздно для вечерних визитов. Тем более в таком состоянии. Поэтому я еду домой и жду до утра.
Утром я откладываю все свои дела и переношу всех пациентов на другой день. Сам же еду в ближайший торговый центр. Не могу же я приехать к детям с пустыми руками. Что буду говорить Диане, пока не знаю. Правду сказать не могу – не хочется подставлять друга. Наверное, придется что-то соврать.
В магазине детских товаров консультанты собирают мне подарочную корзину для малышей, учитывая их пол и возраст.
Без проблем нахожу дом Дианы и паркую тачку рядом с подъездом. Поднимаюсь на пятый этаж и жму на звонок возле с деревянной двери. Жду минуту, вторую, затем слышу шорох замка. Дверь приоткрывается, и в проеме показывается женщина. Она слабо напоминает мне ту самую Диану, которую я вез в роддом. Эта раза в два худее, с темными кругами под глазами и страшно уставшим видом.
– Добрый день, – тихо произносит она.
– Здравствуйте, Диана! Узнаете меня? – говорю нарочито бодро.
– Не совсем, – мотает головой.
– Меня зовут Давид. Я вез вас в роддом где-то месяц назад.
– Ах, да! – спохватывается она. – Извините, я сразу не узнала. А вы по какому вопросу?
– Можно войти? Это вам, – всовываю ей в руки огромную корзину."
"– Ой! – Девушка чуть ли не приседает от тяжести.
Только сейчас понимаю, как сглупил – она же для нее неподъемная. Поэтому забираю ее назад.
