Может не сердцем, не душой, что оставались для меня пока тайной — что там творится в темноте за закрытой дверью? — но мыслями и телом тянулся. И словами…
Все чаще мы разговаривали и обсуждали разное. Не наши чаяния или прошлое — опасно нам было прошлое обсуждать, пока настоящее еще зыбко — но дела замка и решения. А уж когда ко мне Ворон за советом обращался по тому или иному поводу, я так и вовсе таяла…
Но дверь внутри него чувствовала и без всякого колдовства.
И засовы.
И не была сама пока уверена, что знать желаю, что за ними прячется.
— Не торопитесь, кюна, — сказал мне Даг несколько дней назад. Он уже совсем оправился и даже расслабился — понимал, что угроз мне и нет почти, пока в замке только те, кто уже обосновался. А я радовалась, что жить начал чем-то, кроме моей жизни. К людям присматриваться не из опасения, что получит нож в спину, а из интереса, — Север слишком долго был покрыт льдом, чтобы тот оставался прозрачным.
— А если то, что там скрыто… плохим для меня окажется? — вздохнула.
— Но разве не вы всегда повторяли, что и темное можно сделать светлым, если приложить к этому достаточное количество усилий?
Засмеялась тогда.
Но сейчас поймала себя на мысли, что боюсь разочароваться. Потерять то, что чувствовать начала по отношению к Ворону.
С этим и уснула. А встала поздно, даже по воздуху ясно было — давно время утреннее миновало. Одна, конечно проснулась. Ледяной король был не только великим воином, но и хозяином своему замку и народу, и не прекращал ни на день мужских дел.
Строительство, обучение воинским премудростям, укрепление и обустройство — это в его ведении было.
Я позавтракала тем, что на остывающем жаре стояло — служанки позаботились — и отправилась на этаж ниже, туда, где обустроила библиотеку. Там уже ничего не напоминало о захламленном и сыром помещении: угловая комната без окон, которой пока никто кроме меня и не интересовался, выглядела продолжением хозяйских покоев. Роскошно обставленная и уютная.
Села на низкую лавку и пододвинула деревянные дощечки с клинописью относительно строительства Сердца Ворона, развернула тонкий, пропитанный маслом пергаментный лист, который сама использовала для нанесения знаков и надписей.
Появление Дага меня не удивило, ждала его.
— Забрался, куда я поручила тебе?
— Да. Удалось дверь отпереть незаметно, за ней — длинный боковой коридор, который заканчивается резким спуском почти до самого дна замка.
