Мой кошмарный принц

 — Есть какие-нибудь новости?

Ася сразу опечалилась, вспомнив о судьбе несчастного мальчика, и начала свой рассказ. Она так увлеклась в свой рассказ, что даже не заметила, как Стас выехал за город. А сообразив, резко умолкла:

— Ты ведь не скажешь, куда мы?

— Какая ты у меня догадливая, — довольно усмехнулся Белозеров. — Нет. Терпи.

Терпеть пришлось недолго. Вскоре Стас проехал через какой-то шлагбаум.

— Здесь частная территория, — сообщил он, паркуя машину. — Идем?

— А теперь я почувствовала себя красной шапочкой, — пробормотала себе под нос Ася, но парень услышал.

— Не бойся, есть не буду. Так, понадкусываю. Хорошо, что ты сегодня не на каблуках, — и он протянул ей руку, помогая выйти из машины. Ася вложила пальцы в его ладонь, и после этого ее не отпустили. Повели через какие-то заросли, подозрительно напоминающие лес — но красивый, ухоженный. Вокруг царил упоительный аромат свежести, от которого кружилась голова. Несмотря на начало сентября, листья продолжали радовать зеленью.

— А меня мама учила, с кем попало в лес не ходить, — продолжала измываться над парнем Строганова.

— Вот видишь, как нам повезло, что мы с твоей мамой знакомы, — ничуть не смутился Стас и потянул ее в сторону тропинки. Пройдя пару шагов, они вышли на вершину небольшого холма, с которого открывался вид на реку. Пушистые облака подсвечивались золотом и отражались яркими бликами в прозрачно-голубой воде.

— Вау, — даже не воскликнула — выдохнула Ася. Ветерок трепал ее волосы, безжалостно превращая их в воронье гнездо, но девушку это не волновало.

Она находилась наедине с природой — ну почти наедине, все-таки руки Стаса отчетливо обжигали ее кожу даже сквозь одежду. Но его присутствие не мешало. Наоборот, она вдруг ощутила себя свободной и счастливой настолько, что блаженно улыбнулась, ловя очередной порыв ветра. Вот она, свобода. В стихии. Ей самой хотелось быть как этот ветерок — свободной, игривой, ни от чего не зависящей.

— Нравится? — по голосу было слышно, что Стас улыбается. И в любое другое время Ася бы съехидничала, но не в этом месте.

Не сейчас. Только прошептала:

Нравится — это не то слово. Это был восторг. Чистый и незамутненный. И спокойствие, уверенность, комфорт. И с этим уже практически позабытым чувством не хотелось расставаться.

Стас и не заставлял. Сколько они так простояли — неизвестно. Но только небо начало розоветь, как Белозеров тихо сказал:

— А? Что? Куда? — словно очнулась Ася. Она действительно как-то позабыла обо всем.