Мой кошмарный принц

Да что там жизни… Пульс почему-то бился так часто, и сердце казалось вот-вот выпрыгнет из груди… И вообще…

— Именно, — Стас взял ее за руку, провел внутрь беседки. Отодвинул стул, только потом сел сам. — Вина?

Должно быть, домработница ушла не так давно. Все блюда были еще горячими, дразнили своими ароматами. И Ася вдруг неожиданно поняла, насколько она голодная. Да и алкоголь… Не помешает, однозначно. Решительно кивнула.

Пока Стас раскладывал еду по тарелкам, она растерянно крутила в руках бокал с рубиновой жидкостью.

И думала о том, что все изменилось меньше, чем за две недели. Все. И она в первую очередь. Как там ее Белозеров называет, феечка? У нее было ощущение, что фей он. Ее личный фей.

— Давай выпьем за нас, — предложил Стас, глядя ей прямо в глаза. — Чтобы все получилось. Чтобы ты никогда не пожалела о том, что дала мне шанс.

Комок в горле мешал говорить. Она запила его вином и тихо проговорила:

— Для меня еще никто никогда такого не делал. Спасибо.

В одно лишь слово было вложено столько мыслей и эмоций, что Ася, смутившись, опустила глаза.

Ее реакцию отметил Стас и неожиданно резко придвинул стул с девушкой к себе.

— Посмотри на меня, — попросил он, нежно касаясь пальцем ее щеки. — Посмотри на меня. Пожалуйста.

Она выполнила его просьбу и просто утонула в зеленых глазах. В них было столько нежности, что ей даже стало как-то страшно. Почему, откуда у него столько чувств к ней? И можно ли вообще как-то объяснить любые чувства? И может ли она стать в этом ему равной? Она, которая столько лет воспитывала в себе бессердечность? И…

— Не думай, — указательный палец лег на ее губы и нежно по ним провел, заставляя все мысли выветриться прочь.

 — Просто ни о чем не думай. Важно лишь одно. Мы. Со всем остальным мы справимся. А теперь ешь, я не могу допустить, чтобы моя девушка осталась голодной.

Вместо ответа она потянулась вперед и поцеловала его. Сама. Первая. Без малейшего принуждения. Просто потому что захотелось. Нежно-нежно, так, что, словно хотела поцелуем передать всю свою признательность.

Все свои эмоции. Иначе было нельзя, потому что нежность — это то чувство, в котором нельзя тонуть в одиночестве. Нежность и любовь нужно делить на двоих, только тогда она не принесет боли. С каждой минутой, проведенной со Стасом, она все больше и больше это понимала.

Но отстранилась тоже первой. И весело напомнила:

— Нам вроде бы надо ужинать.

Стас недоуменно моргнул, не сразу осознав, что девушка выпуталась из его объятий.