Мой любимый босс

Как его соперник, владелец «Портлендского вестника», как-то снизил расценки на рекламу и, работая себе в убыток, сбил расценки «Городских новостей»; как рекламодателям приходит ложная информация о том, что Адриан якобы принимает рекламные объявления от конкурентов по более низким расценкам, чем у них самих; как кто-то попытался напечатать в «Городских новостях» письма редактору, используя имена реальных людей, взятых наобум из телефонного справочника. Если б затея удалась, это вызвало бы серьезные осложнения у руководства с законом.

Хотя Кэтрин живо интересовало все, что Адриан рассказывал, ее все время отвлекало то, что он сидел так близко от нее и, протяни руку, она могла бы коснуться его.

Когда Адриан объяснял ей некоторые из ежедневных рутинных проблем, связанных с выпуском газеты, она не могла думать ни о чем, кроме его низкого, завораживающе приятного баритона. Когда он признавался Кэтрин, что, несмотря на процветание, у него долгов выше крыши, она тонула в сверкающих темных глубинах его глаз.

Все в этом мужчине восхищало ее. Когда он со знанием дела располагал на странице статьи и объявления, Кэтрин думала о том, что бы почувствовала, если он бы сейчас повернулся и поцеловал ее. Когда он говорил, его рот почти невыносимо искушал ее. Его улыбка завораживала, а твердые губы внушали такие фантазии, о которых раньше она даже помыслить не могла.

Тем более на работе. Тем более в отношении своего начальника. Даже исходивший от него аромат – сочетание терпкого мужского лосьона и свежести – казался колдовским, иначе не назовешь то пьянящее, хмельное действие, которое оказывал на нее Адриан Челтенхем, владелец газеты и ее непосредственный начальник.

Никогда раньше Кэтрин не испытывала такого сильного, такого с трудом контролируемого возбуждения. Год назад она была помолвлена, но ее жених, Гарри Баррет, не внушал ей такого сильного чувства, как этот мужчина, с которым она знакома всего несколько часов.

Ни разу Гарри не вызвал в ней желания и потребности довериться ему. Ни разу она не позволила себе быть с ним совершенно открытой, полностью убрав те защитные барьеры, которые воздвигла вокруг себя. Сейчас же, рядом с Адрианом, она чувствовала себя так, словно знает его не несколько часов, а всю жизнь.