Мой невозможный дракон

Я пошатнулась, не отрывая недоверчивого взгляда от лица лорда Грея. Миральд Мэлвис сказал, что полицейский знает о моей невиновности…

Дракон сначала крепче обнял меня, затем вдруг отстранился и уверенно потянул из комнаты за руку.

— Нам нужно торопиться, — взволнованно пробормотал дракон. — До рассвета не так уж долго.

— Боги, что происходит? — растерянно пробормотала. — Кто-нибудь объяснит мне? Меня казнят⁈

— Не казнят. Просто делайте то, что буду говорить. Вы доверяете мне?

Доверяю ли я дракону? Нет, конечно! Я вообще никому не доверяю, но…

Мэлвис смотрел и ждал ответа.

— Нужен жрец. Быстро. В камеру Росера. — Властно приказал дракон тому охраннику, который сопровождал нас и оставался в коридоре перед дверью.

Мужчина мгновенно исчез выполнять поручение, а мы по длинным подземным коридорам почти… побежали.

— Да что происходит может уже объясните мне?

— Необходимо срочно развести вас с Кастетом.

Около камеры Кастета нас встретили два мрачных огромных охранника в темной форме с уже знакомой эмблемой. После слова-пароля, произнесенного Мэлвисом, нас пропустили.

Когда мы зашли, Кастет лежал на узкой койке и бездумно смотрел в потолок. Его камера отличалась от той, из которой меня похитили драконы. Она была больше, светлее и чище, с настоящей кроватью.

— Ты? — изумился мой… муж, впиваясь в меня жадным непонятным взглядом.

— Как видишь. Пришла попрощаться, — пробормотала, не зная, что ещё сказать этому человеку, к которому сейчас испытывала смешанные чувства: гнев, злость, возмущение, жалость.

В это время в камеру пропустили жреца. Пожилой мужчина в темном балахоне с серебряной вышивкой на краях длинных рукавов имел запыхавшийся вид и озадаченное выражение на лице.

— Этих двоих людей необходимо развести как можно быстрее, отец Гор, — Мэлвис посмотрел на жреца внушительно и властно.

— Как скажете, сэр Миральд, — кивнул невысокий полный мужчина с круглым добродушным лицом и умными светлыми глазами.

— Встаньте передо мной, дети мои, — посмотрел он на меня и Эндрю. — Приступим к церемонии.

К моему удивлению, Кастет ни о чем не спросил и не возражал. Молча выполнил все, что от него требовалось.