Мой невозможный дракон

А если бы и смогла как-то обойти эти условия, то стала приходить к мнению, что прав был его величество, когда давал приказ Мэлвису…

Тому Рафаэлю, каким стал мой друг, сейчас нужна была именно такая девушка, как Алерия Оринис, а не Нелия. Чуткая, скромная, сдержанная, внимательная… И с той же внешностью. Потому что часто замечала, как мой словно заколдованный злой колдуньей друг болезненно вглядывался в мои глаза, черты лица, и в эти мгновения хотелось сделать все возможное и невозможное, чтобы напряжение и тоска ушли из его взгляда, чтобы холод треснул, и он снова рассмеялся тем теплым лучистым смехом, который я бережно хранила в своей памяти.

А самым удивительным было то, что рядом с Рафом мне легко было быть именно Алерией, и я не притворялась. Словно рядом с ним во мне оживала именно сестра…

В такие моменты я задумывалась над магией, которую ко мне применили… Почему я сильно не изменилась? Почему чувствую, что получила драгоценный подарок, а не наоборот? Теперь я могла быть и Нелией, и Алерией в зависимости от того, что мне необходимо.

И приходила к выводу: мы с сестрой были близнецами, причем однояйцевыми с одинаковым генетическим набором, поэтому магия повела себя немного не так, как рассчитывали драконы. Магия драконов оставила мне себя любимую и искусно вплела в мою ауру тонкие, изящные и нежные нити, принадлежащие ауре милой Лери. А не заменила одну на другую. Магия отдала мне все лучшее, что было в сестре.

Когда я осознала это, стала проводить больше времени в библиотеке Мэлвиса, пытаясь найти книги о магии драконов и магии людей… А ещё корила себя за то, что часто прогуливала уроки в школе-интернате.

Возможно, на них я услышала бы много чего интересного, что сейчас мне помогло бы. Ведь в интернате готовили девушек для семейств драконов и герцог Оринис не зря засунул меня именно туда.

С каждым новым днем мы с Рафом становились ближе. Я понимала своего сдержанного друга, чувствовала его одиночество, и старалась, чтобы ему было хорошо рядом со мной…

Не потому что хотела услышать предложение руки и сердца.

Потому что с каждой новой встречей все больше узнавала в холодном незнакомце своего милого Рафаэля

Иногда думала: «Что же ты делаешь, Нина? Нужно бороться за свое счастью, выгрызать его зубами». Но я смотрела на невозмутимое лицо Мэлвиса, понимала, что его все устраивает, что он не намерен ничего делать, чтобы хоть как-то изменить ситуацию, и осознавала, что я не нужна Мэлвису так, как нужен он мне.