Мой невозможный дракон

— Предлагаю вместе совершить то, о чем сможем вспоминать с удовольствием! — я слегка улыбнулась, Раф ответил заинтересованным взглядом и вдруг знакомо сверкнул глазами:

— Хм… Дайте подумать.

В данный момент мы танцевали вальс на благотворительном вечере, устроенном одной важной драконессой Ритании, и я задумалась о том, что можно в этом месте совершить такого, о чем потом будем вспоминать с удовольствием.

— Давайте после танца съедим по порции мороженого?

— Мороженого? — не сдержал удивления Рафаэль и несколько сухо добавил: — Я не ем это лакомство.

Он сказал неправду. На ярмарках мы часто покупали по порции мороженого, а иногда и не по одной. Раф любил ванильное, обязательно посыпанное орешками и тертым шоколадом, причем так, чтобы шарики холодного лакомства было не видно. Я же любила шоколадное, обязательно с яркой посыпкой, которая взрывалась во рту.

— А я люблю, — проговорила тихо, опуская взгляд. Вздохнула.

— Тогда идем к мороженому, — усмехнулся Рафаэль.

У официанта, обслуживающего гостей у столика с мороженым, я попросила для себя ванильное с орешками и тертым шоколадом.

— Точно не желаете, ваше высочество? — Подняла свою пиалу повыше, слегка покрутила перед носом удивленного принца. В зеленых глазах заиграли смешинки.

— Для меня такое же, — медленно проговорил Раф, не отрывая от меня непонятного взгляда.

Мы вышли на балкон, на котором стояли столики и диванчики, но Раф с обеими пиалами прошел сразу к перилам балкона.

Не обращая внимание на любопытные взгляды окружающих, мы смотрели на далекие яркие звезды и ели мороженое.

Краем глаза заметила, что ни одной человеческой леди на балконе, где все гости лакомились мороженым, не было. Балкон пестрил лишь яркими платьями драконесс.

Отложила пока на дальнюю полочку памяти это наблюдение, которое неприятно царапнуло.

Мы тихо разговаривали обо всем и ни о чем, а потом Рафаэль вдруг признался, что в детстве любил именно такое мороженое — ванильное, с орешками и шоколадом, но не ел его почти десять лет.

Он произнес это спокойно и даже немного равнодушно, а мое сердце сжалось в болезненный комочек от сочувствия к этому красивому, взрослому и милому мужчине, такому сильному внешне и такому ранимому и несчастному на самом деле. Безумно захотелось обнять его и сказать, что жизнь продолжается и пора оттаивать.