Мой невозможный дракон

Закрыла глаза и положила голову на своего дракона, туда, где ещё несколько мгновений назад билось его большое любящее сердце.

«Миральд, если ты слышишь меня, должен знать, что самое лучшее, что могло со мной случиться в этой жизни, это встреча с тобой. Я очень люблю тебя».

Я вздохнула, в огромных глазах с вертикальными зрачками застыли слезы, а ведь драконы и драконицы не плачут во второй ипостаси… Я читала об этом.

Почувствовала, как моя драконица будто обняла большое тело дракона сотнями невидимых рук, а мое огромное сердце стало биться медленнее…

'Я хотела совершить столько всего, для всех.

Черные драконы отравили тебя…

Закрыла глаза, чувствуя, как моя душа тянется к той душе, которая ждала меня там… за Гранью. Мир звал мою душу к себе.

— Миледи Оринис, вы должны отойти, — раздался строгий голос пожилого незнакомца.

Я послушно отползла. Уже еле-еле передвигая лапы. Вяло воспринимая то, что происходило вокруг.

Дальше было много певучих заговоров на древнем драконьем языке, который я, к своему удивлению, понимала, и много нереального чуда из сложных рун, которые драконы чертили в воздухе и наполняли магией; из рун, которые рисовали прямо на теле дракона; из магического свечения, которым вдруг вспыхнуло тело Мира…

Драконы то поднимали руки, то опускали их, то направляли на бесчувственное тело белого дракона…

Когда тело Мира на моих глазах поднялось в воздух и резко выпрямилось, а затем трансформировалось в Миральда Мэлвиса и медленно опустилось на землю, внутри меня все задрожало от невероятного облегчения.

В то же миг почувствовала, как между мной и моим любимым драконом вновь натягиваются тонкие связующие нити: доверия, понимания, уважения, любви…

Четверо драконов повернулись ко мне, молча поклонились и отошли в сторону, а я смотрела на них сверху вниз, понимая, что снова не могу перевоплотиться и не могу подойти к своему любимом, ведь после трансформации снова стану обнаженной, поскольку заговоренной одежды у меня пока не было.

Миральда порталом перенесли в его дворец.

Целители, принадлежащие уже белому клану, заявили, что не знают, когда он очнется.