Мой револьвер быстр

Я ей помог, и она была мне благодарна…

— Прости, Майк. Я действительно сожалею, честно. — Любопытно, Вельда сразу понимает, когда я говорю правду. Она раскрыла газету, прочитала заметку и нахмурилась. — Личность не установлена… Ты знаешь ее имя?

— Нет, ее звали просто Рыжая. Дай-ка посмотрю.

Я проглядел заметку. Тело нашли на улице рано утром. Парень, дважды проходивший мимо, сперва решил, что она пьяна. Довольно разумно. В наше время куда ни глянь — везде валяются пьяные, искать не приходится.

Сложив газету, я сказал:

— Продержись тут без меня.

Немного пройдусь.

— Насчет этой девушки?

— Да. Надо попробовать установить ее личность. Позвони Пату, предупреди, что я скоро буду у него.

Я решил не возиться с машиной и на такси подъехал к зданию из красного кирпича, где располагалась контора Пата Чамберса. Вам стоит увидеть этого парня. Он — молодой капитан отдела по расследованию убийств, полицейский с головы до пят, хотя по виду этого никак не скажешь.

Умудрен знаниями и являет собой прямо-таки примерный образчик полицейской эффективности.

Не часто встретишь стража порядка, водящего знакомство с частным детективом, но Пат прекрасно понимал, что я могу затронуть вещи, недоступные для закона, а он, в свою очередь, способен сделать многое, с чем не справился бы я. Деловое соглашение переросло в прочную дружбу.

Он встретил меня в лаборатории, где проводил баллистическую экспертизу.

— Привет, Майк. Каким ветром занесло тебя сюда в столь ранний час?

— Задачка, приятель.

— Я развернул перед ним газету и указал на фотографию. — Что-нибудь выяснили о ней?

Пат покачал головой.

— Не знаю. Пойдем в кабинет.

Он провел меня в комнату и указал на кресло. Пока я закуривал, он придвинул к себе телефон и набрал помер.

— Чамберс. Я хочу знать, удалось ли установить личность той девушки, сбитой машиной.

Он выслушал и нахмурился.

— Ничего. Кроме того, что причина смерти — перелом шеи.

— Могу кое-что добавить. Проститутка, звали Рыжая. Мы познакомились предыдущей ночью в баре.

Пат откинулся на спинку стула.

— Итак, имя неизвестно. Одета во все новое, с новой сумочкой с шестью долларами мелочью, и ни единой особой приметы. На одежде нет даже меток прачечной.

— Правильно. Я дал ей полторы сотни, чтобы она смогла одеться и найти приличную работу.

— Какой ты великодушный!

Тон у него был, как у Вельды, и я разозлился.

— Черт побери, Пат! И ты несешь эту чепуху! Я на своем веку повидал таких крошек немало.