Мой револьвер быстр

Моя рука с фонариком слегка дрожала, и, нагнувшись, я затаил дыхание.

Коробка была выложена промокательной бумагой, чтобы поглощать влагу.

А на дне, аккуратно разделены карточками с датой съемки, в два ряда стояли фотографии.

Я разразился всеми грязными словами, которые только знал. Еще одна куча снимков с улыбающимися в объектив парочками!.. Я бы их бросил там, если бы не вспомнил, что они стоили мне пять зелененьких.

У лифта сторож попросил меня расписаться в книге посетителей. Я нацарапал «Дж. Джонсон» и вышел.

В четверть девятого я позвонил Пату домой. Он еще не приходил, и пришлось искать его на работе. Как только я услышал его голос, то понял: что-то стряслось.

— Тут поблизости. Что-нибудь новенького?

— Да. — Он глотал слова. — Я хочу с тобой поговорить. Можешь подойти через десять минут в гриль-бар?

— Узнаешь, — перебил Пат и бросил трубку.

Ровно через десять минут я был на месте и нашел Пата в отдельном кабинете. На лбу у него собрались морщины, которых прежде я не замечал.

Это его старило.

Увидев меня, он выдавил слабую улыбку и махнул на кресло.

На столике лежала расстеленная вечерняя газета. Пат выразительно постучал по кричащему заголовку.

— Что ты об этом скажешь?

Я сунул в рот сигарету и закурил.

— Тебе лучше знать, Пат.

Он скомкал газету и в ярости отшвырнул ее.

Официант принес два пива, и Пат прикончил свое и заказал еще, прежде чем тот ушел.

— На меня давят, приятель. Знаешь, сколько на свете пройдох? Миллионы. Девять десятых из них живут в нашем городе. И все могут голосовать.

Они звонят какой-нибудь шишке и говорят, чего хотят. Очень скоро эта шишка получает много одинаковых звонков; значит, надо реагировать. И вот начинается давление. Здорово, да. У тебя на руках такой материал, а ты должен его бросить!

Второе пиво последовало за первым. Я никогда не видел Пата в таком состоянии.

— Я старался быть настоящим полицейским, — продолжал он. — Я старался следовать букве закона и честно выполнять свой долг. Какой обман… Мне звонят, напоминают, что я всего лишь полицейский капитан.

Сиди, мол, тихо и не рыпайся!

— Ближе к делу, Пат.

— Все сводится к одному: убийство Энн Минор, конечно, можно расследовать, но без далеко идущих последствий.

Я стряхнул пепел с сигареты.

— Ты хочешь сказать, что с системой «девушек по вызову» связаны большие люди, которые не желают чтобы всплыли их имена?

— Да. Или я продолжаю работу и самым милым образом получаю отставку, или сдаюсь и спасаю свою шкуру.

Я насмешливо покачал головой.