Мои сводные монстры

"

"- Привет, это Рождественский, - говорит в трубку Ник, и я поворачиваюсь на него. Он кладет руку на открытое окно и бросает краткий взгляд за забор, - можешь ребят своих мне прислать? Адрес скину в сообщении. Нет, там ничего, просто людей выселить. Договор на аренду есть, но…

- Подожди, - дергаю его за руку, лишь теперь понимаю, что всякие шутки закончились и пугаюсь, - не надо, подожди.

- Да, - говорит в телефон Ник и смотрит на меня. - Да, конечно, сочтемся. Жди адрес.

Он сбрасывает вызов.

Тут же открывает сообщения.

- Ник, - заглядываю в экран, перевожу глаза на дом, - я передумала, - тянусь к нему, но он отклоняется, высовывает руку с телефоном в открытое окно и набирает сообщение.

- Ты же хочешь доказательств - вот они. Я серьезно. Все, что скажешь - сделаю.

- Куда люди на ночь пойдут? - в раздражении отбрасываю за спину хвост, когда вижу, что он отправляет сообщение.

- В гостинице перекантуются, не умрут, - он кидает телефон на панель. - Сколько их там? Оплачу два номера.

- Кого ты сюда вызвал?

- Ребят.

Откидываюсь в кресле.

Он садится вполоборота, рассматривает меня, ладонью опирается на панель и слегка наклоняет голову на бок.

- Чем ты недовольна?

- Я же тебе сказала - не надо. Я передумала.

- Ты просто струсила, - он наклоняется ко мне, - забеспокоилась о чужих для тебя людях..

- Которые не виноваты.

- Так жизнь несправедлива, - он жмет плечом. - Можно верить, что каждому по делам его воздатся. А можно не верить.

- Не было никаких войн ради женщин, это просто поэмы, для красоты.

- Ну так. Я и люблю красоту. Я же сказал.

Он склоняется еще ниже, наши лица на одном уровне, между нами несколько сантиметров. Его глаза горят азартным огнем, и сейчас я невольно любуюсь, что он такой - чуточку безумный, отчаянный, рискованный, ошибиться не боится, и ошибается, и ни о чем не жалеет, живет так, словно помнит, что завтра ему на голову может кирпич упасть, и все кончится.

- Что ты делаешь, - мой голос срывается на писк, когда он придвигается еще, расстояние между нами смазывает.

- А чего тебе хочется? - в его голосе волнительная хрипотца, и я уже не соображаю, это он волнуется, или, наоборот, это очень волнует меня.

Ладонью он опирается на стекло.