Мой Сводный Лёд

Когда же стояла рядом с Тордом, то ощущала лишь холод. И ничего более. Разве что ещё желание спастись. Спастись, чтобы начать жизнь без страха.

— Итак, начинаем, — улыбнулась Эсми, и Эрмес повёл меня в танце.

Лирей стоял у сцены. Шортс ругалась, чтобы он отошёл и не мешал обзору, но братец стоял на своём, лишь буравил нас с Эрмесом недовольным взглядом. Я понимала его чувства. Зачем ему вот это всё терпеть, ради чего? Из-за того, что я допустила ошибку при наложении заклинания и мы теперь связаны? Недостаточная причина, чтобы смириться с подобным положением дел.

Поэтому я благодарна братцу, что он вообще согласился. Уверена, для него это было нелегко, но он всё-таки пошёл мне навстречу. Когда-нибудь, в следующем году, я расскажу ему о своей метке. Когда это уже останется в прошлом, весёлым воспоминанием, над которым можно посмеяться.

Пока же… не хочу терпеть жалость. Особенно от Лирея.

Периодически морщилась — в целом обезболивание действовало, но иногда я ощущала отголоски, когда нога подворачивалась.

— Движения должны быть плавными! — ругалась Шорпс буквально на каждого участника. — Откуда у тебя растут руки, Маквой? Явно не из того места! Иначе почему ты не можешь найти талию у своей партнёрши? Тебе помочь? О русалочьи заводи, я с ума сойду от вас!

Эрмес лишь усмехался, продолжая приобнимать меня и пояснять порядок движений. Я была максимально сосредоточена, поэтому мало что замечала вокруг. У меня меньше времени чем у других, чтобы запомнить всё.

— Она не всегда такая, — шепнул Эрмес. — Просто у неё осталось мало времени до бала, вот она и нервничает. Эсми любит, когда всё проходит идеально.

— Если бы не ты, я бы в это вообще не ввязалась, — искренне ответила я, и руки на моей талии окаменели и стали тяжелее. — Эрмес?

Парень прочистил горло, будто у него перехватило дыхание, и несколько смущённо продолжил:

— Прости, просто не каждый день от тебя услышишь подобное.

— Разве я никогда не делала что-то ради тебя? — вскинула я брови и напрягла память.

Я вроде делала… что-то точно должно быть. Эрмес ведь всегда рядом и поддерживал. Я всегда его благодарила. Но вот память никак не желала подбрасывать яркие эпизоды с его участием. Зато эпизодов с Лиреем было хоть отбавляй! Он занимал столько места в моей жизни, что на других памяти не оставалось.

— Даже если делала, то… мимоходом, не в ущерб себе, будто для тебя это ничего не значило, — в голосе Эрмеса чувствовалась грусть.