У него могло быть семейное состояние, полученное в наследство, или страховка за травму, позволившая накупить домов, но все это подробности, требующие изучения. Для этого я и могу пригодиться. И заодно доказать себе, что не сижу сиднем и не сливаюсь с фоном, пока остальные рискуют.
Решительно расправив плечи, я двигаюсь вдоль полок в глубину библиотеки, к стеклянной двери секретарского кабинета.
– Привет! – жизнерадостно приветствую я женщину за письменным столом. – Я ищу имущественные ведомости.
Она кивает и берет карандаш.
– Адрес?
– Их много.
– Ну, разумеется, – соглашается она со вздохом.
Через двадцать минут я ухожу с охапкой распечаток. Открываю коленом дверь библиотеки и нахожу стол в тихом месте читального зала. Раскладываю копии имущественных свидетельств Оскара Стенли. Проверяю, не звонил ли Джуд – нет, не звонил. Майлз тоже не звонил. Тем лучше, мужчины при деле. Мне никто не помешает.
Я кладу телефон на стол и открываю первое свидетельство – на тот самый дом, где убили Оскара.
Никаких странностей я не вижу. Указан один собственник – он сам. Но уже второе свидетельство заставляет меня напрячься. Собственник – он же, Оскар Стенли.
Но кроме него, указан второй собственник – Evergreen Corp.
То же самое в следующем свидетельстве. И так далее.
Оскар Стенли не владел всеми этими домами в одиночку. Он был их совладельцем.
А как известно, бизнес-партнеры чаще всего совершают убийства, на втором месте – супруги. Обязательно скажу Майлзу…
Но я не успеваю додумать эту мысль: что-то тяжелое бьет меня по затылку, я успеваю почувствовать острую боль – и погружаюсь в кромешную тьму.
* * *– Тейлор!
Сознание медленно возвращается, но лучше бы продлился обморок! Голова раскалывается, я чувствую запах крови.
Но мало этого: охотник за головами надрывается всего в дюйме от моего лица.
Я приподнимаю одно веко, и он бормочет в потолок молитву, а потом опять срывается на крик:
– Ты в порядке? Где еще болит? Скажи, что ты в порядке!
– Да в порядке я, в порядке, хватит орать, – прошу я придушенным шепотом.
– Не орать? Ты лежишь здесь окровавленная, а мне заткнуться? – Он ощупывает меня всю, каштановая прядь волос, упав на лоб, заслоняет его расширенные зрачки, по вискам струится пот. Кажется, он дрожит. – Что стряслось, черт возьми?
– Не знаю. – Увидев, что нас окружают люди, и многие из них звонят, кажется, на 911, я пытаюсь сесть. – Я сидела вот здесь. Кто-то меня ударил. Кажется, книгой в кожаном переплете.
