Мой враг, или Истинная для Дракона

Сам же говорил Осмару не потакать женским желаниям и сам же их нарушаю. Нужно это исправить.

– Хала-а-ар, берегись! – голос Лауры врезался в голову в тот миг, когда я повернул голову.

В воздухе сверкнула сталь, едва оно успело войти моё тело, я поймал женскую руку, рывком развернул хатарку спиной, заводя кисть ей за спину. Девушка вскрикнула, нож из разжатых пальцах выскользнул и упал на землю. Хатарка заскулила. Выпустил её, развернул к себе, заглядываю в лицо. Зелёные глаза, затуманенные слезами совершенно дикие, полные страха и ужаса.

Она дышала глубоко и шумно. Побледневшие губы сжаты в линию. Глянул на Вольмера, который был ошарашен не меньше остальных.

– В клетку её, – произнёс, толкнув к другу. Хатарка споткнулась и оказалась в плену рук советника. – Не давать ни еды, ни воды, – я развернулся и пошёл прочь.

Била изнутри злость. С самого начала она мне не понравилась. Но теперь винить только себя, что позволил её оставить в лагере. Кто она такая, что посмела наброситься со спины?! Ярость поднималась толчками вместе с огнём.

Мне не раз приходилось подвергаться нападениям, но сейчас это вывело из строя.

– Прости, Халар, я даже не думала… – догнала Лаура.

Я резко остановился, поворачиваясь к ней.

– Что ты хочешь, Лаура?

Девушка сомкнула губы и промолчала. Я развернулся и пошёл дальше, не хотелось сегодня проводить ночь в стенах, поэтому вернулся в шатёр, приказав принести катар.

Через некоторое время пришёл Вольмер.

– Я выполнил, что ты велел, – друг опустился на шкуры, скрестив ноги.

 – Странно, на неё не похоже, что она что-то замышляла.

– Что ты о ней узнал?

– Ничего особенного, её нашёл Токар в Зеленом доле, в общем, Лаура и отдала хатарку ему.

– Отдала ему? – сжал кулак, напрягаясь всем телом.

Вот для чего она просила оставить её. Для своего брата. Эта мысль кольнула иглой. Лучше бы он о ней вообще ничего не знал.

– Она единственная, кто осталась в селении. Странно, правда? – усмехнулся Вольмер.

– Думаешь, её намеренно отправили убить меня? Вот так, на глазах у всех броситься с ножом?

– Да, это в крайней степени глупо.

Её имя Атая, но она не сказала, кто её семья.

Атая? Пленница, о которой мне говорил ещё днём Осмар?

– Утром я сам допрошу её.

Я отпил катара, глянув на пламя в очаге. За покушение её ждёт только одна участь, но с этой хатаркой что-то не так. И прежде я хочу выяснить что. И этот лёгкий шлейф её запаха настораживал ещё больше.

Холод забирался под тонкое платье, заставляя сжиматься. Это утро было особенно стылым.