Моя до полуночи

Глянув на Меррипена, Амелия удивилась тому, что цыган, без сомнения, знает, куда надо ехать, хотя он так же мало знаком с городом, как она. Но Меррипен обладал природным даром везде находить правильную дорогу.

Они свернули на Кинг-стрит, ярко освещенную газовыми фонарями. Вдоль мостовой стояло множество экипажей, тротуары были заполнены людьми, спешившими весело провести вечер. Закатное солнце окрасило горизонт, на фоне которого высокие здания торчали, словно зубы гигантских ведьм.

Меррипен направил коляску в узкую улочку позади огромного здания с внушительным фасадом.

– Меррипен? – напряженным голосом сказала Амелия.

– Тебе, верно, надо знать, что если мой брат еще не умудрился убить себя, то, когда мы его найдем, я застрелю его сама.

– Я вложу в вашу руку пистолет.

Амелия улыбнулась и поправила шляпку.

– Тогда пойдем. И помни – говорить буду я.

Запах в переулке был отвратительным. Пахло улицей, животными, помойкой и угольной пылью. Давно не было дождя, и грязь скапливалась на боковых улочках. Амелии пришлось резво отскочить в сторону, чтобы не наступить на крысу, пробежавшую вдоль стены дома.

В конце переулка двое уличных мальчишек, скрючившись у крошечного костра, жарили что-то на длинных палках. Амелии не захотелось задумываться над тем, что именно они жарят. Ее взгляд остановился на группе взрослых – трех мужчинах и женщине, – освещенных неровным светом костра.

На женщине было яркое платье с большим вырезом Она громко хохотала. Ее, видимо, веселило, что двое мужчин из-за нее дерутся. Третий пытался разнять приятелей.

– Эй, вы, парни, – кокетливо крикнула женщина, – я же сказала, что приму вас обоих! Незачем петушиться.

– Не вмешивайтесь, – предупредил Меррипен Амелию.

Но Амелия, притворившись, что не расслышала, подошла ближе. Дело не в том, что ее заинтересовала эта ссора – даже в их мирном поместье Примроуз-плейс случались драки. Все мужчины независимо от их положения время от времени становились рабами своих низменных инстинктов. Внимание Амелии привлек третий мужчина, тот, который встал между пьяными и пытался их урезонить.

Он был хорошо одет, как настоящий джентльмен, но… было видно, что он не джентльмен.