Моя мачеха – иномирянка (СИ)

Гостья в сером дождалась, когда дверь закроется, а после подалась ко мне и прошептала:

– Чтобы никто не догадался.

У меня в груди будто что-то оборвалось. Губы шевельнулись:

Она промолчала, пристально и многозначительно глядя на меня, да я и не ждала ответа. Сама понимала.

Мне намекнули, что чужие зелья могут разоблачить мою суть. Я уже не сомневалась, что дар, доставшийся мне от бабки, не особо в чести в этом мире. За него можно и с головой распрощаться. Но что поделать, если только это могло исцелить Амелоту, а мне помочь вернуться домой?

Я медленно отставила чашку и перебрала в памяти все случаи, когда принимала зелья.

Ничего особенного не происходило, но далее рисковать не хотелось. Может, в то время я, не осознавая и не принимая собственной силы, не вызывала подозрений? Сейчас же, ярко ощущая в себе зарождающее могущество, которое порой пугало, была обязана поостеречься.

– Если вы что-то хотели спросить… – Я решилась поговорить напрямик. – То не тяните.

– Вы ждёте ребёнка? – тут же поинтересовалась третья гостья.

Мерри, которая в это время сделала глоток, прыснула и, подавившись, закашлялась. При этом не сводила с девушки в синем изумлённого взгляда.

– Джуна! – держась за горло, возмущённо прохрипела она.

– Нам надо знать, – сухо отрезала та.

– Увы, – вздохнула спокойная Эстан в ответ на нетерпеливый жест родственницы. – Джуна права.

Все трое посмотрели на меня.

– Я не беременна, – не стала скрывать.

Они синхронно выдохнули с явным облегчением, и вот тут заволновалась я.

Да ещё Джуна добавила поленьев в костёр моего беспокойства, ехидно усмехнувшись:

– А вы переживали, что Констанция влюбилась! Я всегда знала, что у неё камень вместо се…

И осеклась, когда на неё покосилась Эстан. Я отметила, что эта молодая женщина среди троицы пользуется уважением и безоговорочным авторитетом.

Она была сдержанна и собранна, при этом стараясь быть незаметной. Тогда как младшая, будто яркая и беззаботная бабочка, могла полететь из любопытства и на огонь.

Средняя же вызывала у меня неприязнь. От неё исходили волны зависти и крайнего недовольства.

Возможно, стоит опасаться Джуну.

– Нет, – вдруг произнесла Эстан, и я удивлённо моргнула. – У моей сестры много недостатков, но она не дура. Если возникнет опасность, то вся семья пострадает. И Тартан больше всех. Вы же понимаете, что все мы здесь, как и вы, ради него?

Я задержала дыхание, не желая отвечать.

Нет, не понимала.