Моя мачеха – иномирянка (СИ)

Я покосилась на распахнутое окно и испуганно ахнула:

– Он всё же превратился в дракона?!

Пока я рассказывала Амелоте о том, кто я на самом деле такая и откуда пришла, у девочки рот от изумления не закрывался. Она бы и не поверила, но моя одежда, очень сильно отличающаяся от того, что носили здесь, убедила малышку окончательно.

– Поразительно, – шепнула она и, расширив глаза, уточнила: – Так ты тоже потомок Древнейших, но из другого мира?

– Не совсем, – задумчиво ответила я. – Насколько я поняла твоего отца, здесь магия пламени переходит по наследству по мужской линии.

– Значит, ты истинная дочь Великой змеи, – серьёзно кивнула Амелота. – Я читала о таких, как ты. Только дочери богини могли стать истинной парой потомку Древнейших. Их давно уже не рождается, но короли поддерживают храмы и выбирают жриц. Но это обычные женщины, которые хранили себя до самой смерти. Как же ты оказалась здесь?

– Старик её призвал, – раздался знакомый хрипловатый голос, от которого сжалось сердце.

Я вскочила и повернулась к двери. Кендан стоял, опираясь на косяк. Скрестив руки на груди, мужчина смотрел на меня так, словно перед ним была самая прекрасная женщина во всех мирах.

– Его Святейшество от досады чуть не съел свою шляпу. Узнав о подозрениях насчёт моей супруги, Реджилд так обрадовался, что не поленился второй раз покинуть тёплую столицу и направиться в нашу глушь. Каково же было его удивление, когда он увидел в небе дракона! Мне даже ничего не пришлось делать – Его Святейшество самостоятельно покинул нас, перед этим испачкав штаны.

Он говорил, и дочь смеялась, а я не могла оторвать взгляда от мужчины, по которому безумно скучала, даже когда его не помнила. До боли в груди и трудного дыхания. До мокрой подушки и отсутствия аппетита.

– Как и другие, кто так мечтал вывести меня из человеческой формы, – хищно ухмыльнулся Кендан. – И планы этих жадных людей увенчались бы успехом, если бы не одно «но».

Он оттолкнулся от стены и, сделав несколько стремительных шагов, порывисто заключил меня в объятия. Вжимая в себя так, будто боялся отпустить даже на мгновение, шепнул:

– Что же ты так долго?

Я не выдержала и разрыдалась на его широкой груди. Соэр погладил меня по спине и, поцеловав в лоб, ласково произнёс:

– Прости. Уверен, ты на меня злишься, но я должен был выявить и уничтожить всех врагов, чтобы мы смогли стать настоящей семьёй.