Моя месть. Шах, тебе мат!

Сделав последний шаг, сталкиваюсь с Шахом.

Моя ладонь тут же попадает в плен его.

Он, как и прежде, начинает успокаивающе-интимно поглаживать мою кисть, запуская дрожь и бег мурашек по моему телу.

- Не думал, что ты все же решишься на эту авантюру, Жень. Получив конверт с приглашением, решил, что это просто бабская блажь. Не буду отрицать. Ты, Евгеша, сумела меня удивить! - покровительственно шепчет Яков мне на ухо.

Пока он говорит, я слежу глазами за Романом, который видит нас. По его лицу понимаю: ему это очень не нравится.

- Чувствую, что скоро с места сорвется твой разъяренный бычара! - тут же хмыкает Шах. - Жень, если у тебя с этим наследным магнатом ничего не получится. Ну, не сойдетесь характерами. Знай, тебе есть, куда вернуться. Я всегда приму тебя, как свою блудную дочь…

Последние слова мне ужасно сильно режут слух.

Выдергиваю ладонь и, ничего не отвечая, как тореадор, делаю несколько шагов, в сторону своего быка по имени Роман Зорин. Но…

Резко разворачиваюсь и смотрю на Шаха.

- Яков, хочу, что ты меня услышал и запомнил. Мы больше не играем с тобой в шахматы! И я больше не твоя королева! И даже если у меня ничего не получится, как ты выразился, я никогда к тебе не вернусь. Ни-ког-да! Я все равно стану счастливой! Вопреки всему! А главное, твоим ожиданиям!

Договорив, продолжаю идти навстречу своему мужу. В этот момент в моем мозге на реверсе крутиться всего одна мысль: «Сможет ли королева выстоять и не вернуться обратно к своему старому королю?!»

Сижу в столовой.

Может у кого-то она и счастливая, но свою я не могу таковой считать.

Мы с Романом всего полгода в браке, но у меня такое чувство, что этот срок помножен минимально на десять.

Отпивая неторопливо чай, собираю на две чаши весов моменты нашей жизни.

Приятных не так много, но они есть.

Самое лучшее - свадебное путешествие, что мы провели в Индонезии.

А дальше идут те, которые хочется просто вычеркнуть из памяти.

И их оказывается, к сожалению, больше.

Да, что есть, то есть, но легче от этого мне не становится, потому как подстраиваться под таких Зориных, а тем более управлять ими очень сложно.

На фоне множащихся в геометрической прогрессии недовольств и обид, приобретающих затяжной характер, я все больше начинаю думать о Шахе.

Тем более, что он тоже не забывает о себе напоминать.