Моя месть. Шах, тебе мат!

Улыбаясь, я слушала, как на реверсе, внутри себя слова, которые только что сказала Якову: «- Очень сильно люблю! И сделаю все, чтобы Роман со мной был счастлив!»

В унисон своему внутреннему голосу сама себе произношу вслух:

- Да, я люблю этого несносного доминанта по имени Роман, как женщина любит мужчину! Люблю и буду любить всегда!

Сначала хотела записать свое признание Зорину в любви голосовым сообщением. Но…

Подумав, решила сказать самые важные для нас слова глядя Ромке в глаза.

Сообщение, что найдены все члены экипажа и пассажиры вертолета, стало для всех нас глотком воздуха.

Огорчила лишь, смерть одного члена экипажа из-за травм.

Об этом мне рассказал Зорин-старший.

- Дочка, ты не переживай, Роман в нормальном состоянии. У него лишь переохлаждение и рука сломана. Жить наш парень будет долго и счастливо. Еще внучат нарожаете нам кучу, - мягко успокаивает меня свекр. - Женька, не плачь. А хотя чего уж там, лучше плакать от радости…

Почти за две недели ожидания с мужем мы практически не общались и не переписывались.

После известия о спасении Романа я написала ему несколько сообщений.

В ответ получила одно: «Все ок. Не надейся, вдовой ты не станешь!»

Сегодня стало известно о прилете Романа.

Меня распирает от радости и счастья.

Хочу встретить его в аэропорту. Звоню начальнику службы безопасности. Сообщаю о своем намерении. В ответ получаю категоричное нет.

- Евгения Юрьевна, это распоряжение обоих Зориных. Я - лицо нанятое. Ослушаться хозяина не могу, - безэмоционально отвечает мне начбез.

- Прошу Вас, Михаил, возьмите меня с собой на аэродром. Мне очень-очень нужно встретить мужа. Поймите, от этого зависит наша дальнейшая совместная жизнь, - на последней фразе выдержка меня окончательно покидает, и я всхлипываю.

Начбез некоторое время молчит, а потом все же соглашается.

По дороге в аэропорт я сильно волнуюсь и нервничаю. Не могу найти себе места.

Все время посматриваю в телефон в надежде получить от Романа хоть какую-то весточку.

Муж проявляет завидную выдержку.

И это меня злить еще больше.

С одной стороны понимаю, почему он так поступает. С другой, мне очень обидно.

На перроне аэродрома начбез велит мне оставаться в машине.

Как только подают трап, дверь самолета открывается и начинают выходить люди, по моему телу проходит крупная дрожь.

Увидев Романа, не могу сдержаться. Дергаю ручку двери и выскакиваю из салона.

Не иду, а бегу к мужу. Нет, даже лечу к нему.

Подлетев, падаю на его грудь.