Моя случайная

Сердце начинает болезненно ныть, когда сознание рисует в голове картины, как Яна

получила все эти травмы. Отстраняю ее от себя, а оңа всхлипывает, хватается за мои плечи и тянет на себя, будто боится, что я уйду и оставлю ее. Нежно, аккуратно обхватываю ее лицо, собирая губами все слезинки.

   - Я просто хотела быть честной перед ним…, – дрожащими губами проговаривает она. – Я такая дура. Прости…, - это я должен просить у нее прощения за то, что

не предусмотрел всего этого и не смог оградить свою женщину от мучений и издевательств этого ничтожества.

Прислоняюсь лбом к ее лбу, глубоко дышу, впитывая в себя ее ягодный запах, которого так мне не хватало.

   - Яна. Сладкая моя девочка. Ты не виновата. Не смей оправдываться. Ты наcтоящая,искренняя женщина, какой и должна быть. Ты моя женщина. А он, – даже не могу назвать его имя, чтобы не сорваться. - Он ублюдок, который будет ползать у тебя в ногах, и вымаливать прощение. Это я тебе обещаю.

   - Не надо, просто забери меня отсюда, - просит она, хватая меня за куртку, сильно сжимая ткань.

   - Надо сладкая,иначе я не смогу нормально жить, зная, что все это сошло ему с рук. Забирай свои вещи,и поехали, - Яна отстраняется от меня и молча идет в комнату, а я за ней. Знаю, что в квартире никого нет, но не могу упустить ее из виду ни на секуңду. Кареглазая проходит в спальню, достает из уже собранногo чемодана брюки, кофточку, быстро снимает с себя тоненький халатик,и я задыхаюсь от сдавливающей боли где-то в груди. На ее руках множество мелких синяков от пальцев этой мрази.

И мне кажется, что меня сейчас разорвет к чертовой матери. Никогда не испытывал такого непреодолимого желания убивать. Яна быстро одевается, закрывает чемодан, кидает в сумку какие-то мелочи, ноутбук. А я дышу глубоко через нос, отворачиваюсь от нее,и закрываю глаза. Не могу справиться с эмоциями и яростью, бушующей внутри меня.

   Когда ее вещи собраны, я подхватываю сумки, пропускаю Яну вперед и увожу мою женщину из этого ада. Всю дорогу мы молчим.

Я сосредоточено смотрю на трассу, а Яна, откинув голову на сидение, смотрит в боковое окно. Мне нужно думать о своей женщине и ее состоянии, а все о чем я сейчас могу думать, это ее муж. В голове крутится тысяча вариантов о том, как уничтожу этого ублюдка.

   И вот, наконец, мы дома. Οставляю чемоданы в прихожей, помогаю Яне снять пальто, аккуратно поправляю ее красивые волосы. Боюсь к ней прикоснуться, чтобы не причинять боль, мне и хорошо и плохо одновременно.