В сером дорожном платье, в серебристой накидке и такого же цвета шляпке Николь выглядела королевой, отправляющейся в путешествие. И одевалась она для него, одевалась для их совместного путешествия. Внезапно у Марка возникло странное чувство… Казалось, он везет домой любимую жену.
Два лакея несли большой сундук, а Николь в одной руке держала небольшую дорожную сумку, в другой – серый шелковый ридикюль. Она окинула Марка хмурым взглядом и, не останавливаясь, быстро прошла мимо него к двери.
– Я нанял достаточно большой экипаж, чтобы твоя горничная могла ехать с нами, – сказал Марк, догнав жену.
Он не взял в это путешествие своего слугу, но рассчитывал, что горничная Николь будет ее сопровождать.
– В этом нет необходимости. Жаклин с нами не поедет. Ее сестра со дня на день должна родить, и она предпочла остаться здесь.
– Ты не берешь с собой горничную? – удивился Марк.
Николь вздохнула.
– Нет. Мне придется нанять кого-нибудь на время, когда мы приедем в Англию.
– Это не проблема. – Марк открыл дверцу экипажа, пытаясь скрыть смятение.
Они будут наедине весь путь до Кале. По какой-то непонятной причине эта перспектива тревожила его, вселяла неуверенность. Он планировал стать веселым спутником для жены и ее горничной, но остаться с Николь наедине…
Лакеи погрузили сундук Николь рядом с дорожной сумкой Марка, значительно уступавшей ему в размерах. Марк помог жене подняться по ступенькам и устроиться на сиденье. Она не посмотрела на него, когда он занял место напротив. Николь положила дорожную сумку на пол у своих ног, а ридикюль – рядом с собой на сиденье.
И в тот же миг из дома выбежала женщина с большой плетеной корзиной и втолкнула ее в экипаж, сказав по-французски:
– Мадам, я приготовила еду для вас и месье. Для вашего путешествия…
– Спасибо, мадам Дюваль, – ответила Николь тоже по-французски. – Я высоко ценю вашу заботу.
– Когда вы намерены вернуться, мадам? – спросила женщина. Ее глаза были полны слез.
Николь покосилась на мужа.
– Пока не знаю. Я обязательно напишу, когда появится какая-нибудь ясность.
– Мы будем скучать, мадам, – сказала кухарка.
– Я тоже буду скучать, мадам Дюваль. – Николь ласково ей улыбнулась."
"Кухарка окинула Марка враждебным взглядом и отошла от экипажа. Лакеи подняли ступеньки и закрыли дверцу. Марк дважды стукнул по потолку экипажа, давая знать кучеру, что можно ехать. Экипаж медленно покатил по подъездной аллее к дороге.
– Полагаю, ты сообщила графу о своем отъезде? – спросил Марк, не удержавшись.
