Мой большой... Босс

А чуть подальше — сервировочный столик, уставленный едой.

И чего там только нет!

Мне раньше такие столики тоже лишь в рекламных проспектах встречались, а тут — вот оно, наяву.

Я смотрю на это все великолепие и гулко сглатываю слюну, вспоминая, что из еды у меня сегодня был кофе.

Неловко шевелюсь в лапах Биг Босса, ожидая, когда отпустит, но Темирхан просто садится в кресло, устраивая меня на руках, и, судя по тому, как предупреждающе сжимаются его пальцы, стоит мне совершить попытку побега, менять положение никто не позволит.

Ладно… Ладно.

— Ешь, русалка, — глухо говорит он, шевеля горячим дыханием волосы возле уха, — ешь… А потом я положу тебя на этот ковер и опять поцелую. Везде. Хочешь, чтоб поцеловал еще, русалка? А ты покричишь… Да?

Мне кусок в горло тут же перестает лезть, краснею настолько густо, что кожа сейчас сварится, да так и останется вареной, как у рака…

— Хочешь? — опять шепчет этот… Не буйвол нет! Змей-искуситель! Которому противостоять невозможно…

— Да, русалка? — добивается он от меня согласия.

И я киваю.

Да.

Рабочий день в новой роли

— Майя, ты как вообще? — заботливо спрашивает Аня со своего места, и я пишу в чатике:

— Спасибо, все хорошо.

— А ты в курсе, что Вику уволили? — тут же прилетает мне в личку.

Я оторопеваю и даже на мгновение крепко зажмуриваюсь.

Он ее уволил… Не просто бросил, а уволил… За что? Начала мешать? Потому что… Появилось новое увлечение?

Неожиданно внутри становится очень пусто и жутко.

Прежде я никогда не сталкивалась с настолько властными мужчинами, настолько серьезными… С такими возможностями.

Удивительно, только сейчас, лихорадочно читая в чатике описание увольнения моей… соперницы? Наверно, да, хотя до сих пор смешно. Ну какая я ей соперница? Просто Биг Босс, он…

Черт, даже не могу придумать до сих пор, чем получилось так заинтересовать его, так привлечь его внимание… Не на ночь, а на… Насколько, кстати? Вот тоже вопрос…

Так вот, читая подробности увольнения Вики, я в полной мере осознаю, что спала не просто с невозможно горячим мужчиной, но с мужчиной, облеченным серьезной властью, жестким и даже, наверно, где-то жестоким…

Это со мной он такой, с подчиненными… И с теми, кто ему мешает, надоел… Ох…

Возможно ли и ко мне такое?

Возможно ли, что когда-нибудь…

Но я пока не хочу на эту тему думать, слишком свежи воспоминания о проведенном совместно вчерашнем вечере и сегодняшней ночи.