Мой большой... Босс

— Теперь с тобой, — не теряя начальственного разгона, разворачивается ко мне Биг Босс, — ты о чем думала, когда сюда поперлась? Да еще в таком виде? Да еще и не пойми с кем? Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? И вообще…

Тут он замолкает, уставившись мне на шею.

Взгляд его наливается такой чернотой, что мне становится по-настоящему страшно. Что такое там? Паук, что ли, присосался? Родинка противная образовалась?

— Это что? — неожиданно спокойным и, я бы даже сказала, равнодушным голосом спрашивает Темирхан.

Непонимающе смотрю на него, потом провожу пальцами по шее… Ничего нет… О чем он вообще?

— Это засос? — проясняет Темирхан, и я вспыхиваю, припомнив, как Артем… Да, он же этого самого места касался губами… Черт! Неужели, там засос? А я и не поняла ничего, не почувствовала…"

"— Кто успел? — все таким же спокойным голосом, от которого мурашки бегут по коже, спрашивает Темирхан.

Отрицательно машу головой, машинально прикрывая пальцами свидетельство временной потери контроля, пытаюсь отстраниться…

Но позади дверь, упираюсь в нее спиной, одной рукой нащупывая ручку и никак не находя ее.

Почему-то мне сейчас страшно находиться с ним в одном пространстве.

Очень остро эти эмоции напоминают те, что были вчера, в бассейне, когда я по глупости думала, что интересна Темирхану…

Тот же страх, густо намешанный на возбуждении.

Его нарочито ровный голос, словно все силы сейчас уходят на то, чтоб сдерживать себя, его черные глаза, сжатые плотно губы, заострившиеся черты средневекового монгольского хана, от которого пытается ускользнуть законная добыча… Все это пугает.

Стараюсь успокоиться, уверить себя, что мне опять, глупой, все это кажется, и на самом деле… Он просто злится, считая меня распущенной…

Но какое ему дело? Он что, с тетей Маней договорился приглядывать за мной? Да ну, глупость какая!

Тогда вообще непонятно. У него — Вика. Что от меня надо?

Воспоминания о Вике тревожат и заводят. Добавляют градус злобы.

И я выпрямляюсь, убираю руку от шеи, потому что мне нечего стыдиться, и смотрю в его яростные глаза.

Мне страшно и очень хочется сбежать.

Но этому не бывать больше!

Уйду я отсюда с достоинством.

Нашариваю, наконец, ручку за спиной, нажимаю, но здоровенная ладонь упирается в полотно двери рядом с моим лицом, а Большой Босс наклоняется, испытующе глядя мне в глаза:

— Ну уж нет…

Отпускаю ручку и кладу руки на твердую грудь, отталкивая, показывая, что он слишком близко.