Идеальное место для жилья.
В пределах МКАД и в то же время — очень уединенно.
— Пойдем, покажу, что внутри, — он опять берет меня за руку и ведет внутрь…
В гостях у Биг Босса
Мы идем внутрь через большие стеклянные двери, и да, внутри все оказывается еще лучше, чем можно было бы представить, разглядывая дом снаружи.
Огромное пространство, от которого дух захватывает.
Задумчиво оглядываюсь, понимая, что именно в таком интерьере огромные габариты Биг Босса должны смотреться гармонично. Потому что, мне кажется, даже его здоровенный кабинет Темирхану слегка жмет в плечах.
А здесь…
Простор.
Серый низкий диван просто гигантских размеров, перед ним — камин интересной конфигурации. И мне кажется, дизайнера, проектирующего такие брутальные вещи, я тоже знаю. Почерк прямо фирменный.
— Нравится? — гудит над моим ухом Темирхан, аккуратно подхватывает под локоток и подталкивает в помещение, — пока еще не все сделано, я недавно построил… Мне твоя помощь нужна.
Удивленно оборачиваюсь, смотрю на него.
Какая еще помощь?
Чем я могу помочь тут?
Темирхан тут же зависает, глядя мне в глаза.
Его лицо непроницаемо, а вот смотрит Биг Босс так, что дрожь продирает. Страшно!
Очень страшно!
У меня внутри все сжимается, а в голове сразу же возникают отчетливые образы проведенной вместе ночи… Щеки обдает жаром румянца.
Я смотрю на Темирхана, не отрываясь, словно загипнотизированная, оторваться не могу.
Это какое-то сумасшествие… То, что происходит со мной, когда он рядом, ненормально! Совершенно ненормально!
— Черт… Русалка… — шепчет Биг Босс, а затем молча притягивает к себе, приподнимает, опять заставляя ступни оторваться от пола, и жадно целует.
Это ожидаемо было, конечно ожидаемо! Но в то же время внезапно.
Его поцелуй мгновенно сводит с ума, отключает голову, и я тянусь сама, обхватываю мощную шею, стискивая воротник дорогого костюма в горсти. И поддаюсь.
Пусть все будет так, как будет…
Не могу я от него бегать.
Знаю, что надо, знаю!
Это неправильно все, нечестно по отношению к его невесте, и вообще…
Никогда не думала, что буду любовницей. Той, которую прячут от законной почти жены… И осуждала таких женщин, не понимала, как можно делить своего мужчину с кем-то, как можно позволить себе так унижаться…
Я и сейчас не понимаю, я и сейчас думаю точно так же…
Но жизнь — такая странная, оказывается, штука… И она сама расставляет приоритеты.
