Сомневаюсь, что Кройуфорты просто позволят разрушить их род, и ничего не предпримут, — вздохнула я устало, понимая, что отлежаться не получится, и посмотрела на бутылек в моих руках, оставленный герцогом. Хоть и подозрительно, но я внезапно ощутила укол совести: какими бы мотивами ни руководствовался Нокс, он ведь действительно старался создать это лекарство для моего скорейшего выздоровления.
Кажется, придется рискнуть и довериться боссу. Если выздоровею — хорошо, сама терпеть не могу болеть.
Если же получу еще и пищевое отравление — меня все равно откачают, а у меня будет все основания для того, чтобы получить денежную компенсацию за физический и моральный ущерб. Кажется, я в плюсе в любом случае.
— Как вам будет угодно, — тяжело вздохнул Говард и покачал головой.
Глава 3
Я не отравилась. Более того, эликсир был настолько действенным, что уже утром я чувствовала себя помолодевшей лет на пять минимум. По крайней мере, физически. С моральной стороной все сложнее, ибо мой босс внезапно стал до странного.
.. прилипчивым.
Раньше его из лаборатории было за уши не вытащить, теперь не могу спровадить из моего кабинета, в котором Киллиан едва ли гнездо себе не свил и донимает меня почем зря!
Как я это вижу, у него сейчас профессиональный застой и ему просто скучно. К несчастью, придумать ему занятия, чтобы отвлечь страдальца, я все никак не могла. Точнее, занятия были, и некоторые даже очень важные, но когда у босса «застой», вместе с ней приходит и хандра, из-за которой он становится вялым и раздражительным.
То есть, ведет себя как капризный подросток в период пубертата: всех ненавидит и портит настроение одним своим присутствием. Выпускать его в люди в таком состоянии — себе дороже.
Опытная прислуга успела под шумок взять отпуск и больничные, те, кто менее расторопный, просто прятались по углам. А вот я спрятаться не могла, увы. У этого демона буквально радар на меня настроен был, раз он находил меня даже в кладовке, в которой я рискнула укрыться.
Я даже подумывала, а не подсыпал ли мне в тот эликсир поганец гадость какую отслеживающую, но сколько ни думала об этом, понимала, что, даже если спрошу, не признается.
Пыталась найти ему женщин, но вопреки привычкам, он отказывался и от них, сделав единственное исключение, чтобы успокоить свое проклятье, да и только. В остальном Киллиан предпочитал морально насиловать меня одну.
