— Что? — ошарашенно переспросил он почти одними губами‚ а в его взгляде возникла... паника.
— При всем моем уважении, если я не воспользуюсь возможностью, то так и останусь лишь вашим секретарем, Ваша Светлость, — вздохнула я, стараясь скрыть, как мне тошно говорить ему все это и причинять боль своими словами. — Мне надоело быть нянькой. Я хочу быть любимой, но я так и не найду подходящего человека, если останусь у вас на службе.
— А я? — спросил он глухо...
— Что «вы»? — переспросила я.
Киллиан подавленно промолчал, а после хрипло произнес:
— Ты совершенно не допускаешь возможность того, что мы можем быть больше, чем начальник и подчиненная?
Признаться, я едва не крякнула от подобного вопроса, потому еще некоторое время осознавала, а после пыталась найтись с ответом, решив, что это — лишь проявление его упрямства.
А если я ошибаюсь и он серьезно... для нас обоих это не закончится ничем хорошим.
Я не сниму с него проклятье... а он... разобьет мне сердце предательством, пусть и не преднамеренным, как это было с Рози в романе.
"
"— Помните, в нашу первую встречу вы спрашивали о моем идеальном типе мужчин? — опустила я голову, чтобы скрыть потерянный и огорченный взгляд. Киллиан не ответил, но я продолжила: — С тех пор ничего не изменилось: я должна быть уверена в верности своего мужчины, потому что никогда не прощу измены, — сказала я и с силой сжала ткань на своем подоле, мысленно умоляя меня простить за такие жестокие слова, которыми я ударила его по больному не хуже пощечин. Наверняка ему сейчас очень горько и обидно.
..
- Ты... ты никогда меня не упрекала, — немного погодя, произнес он тихо. Поднять лицо и проверить его выражение лица мне было стыдно и страшно, потому я держала взгляд опущенным, нервно теребя подол платья. — За все два года, несмотря на всех женщин, ты не упрекнула и... не спросила причин моего поведения. Ведь это... неправильно, аморально...
— Вы свободный и взрослый мужчина. Ни я, ни кто-либо другой не имеет права лезть в вашу личную жизнь и тем более осуждать, — твердо произнесла я.
Почему-то мне почудилось, что он грустно улыбнулся, хотя и не могла этого видеть.
— Да, ты всегда была такой... профессиональной: утешала и оправдывала... — усмехнулся Киллиан с невеселыми нотками. — И мне было комфортно с тобой.
Впервые рядом с кем-то я не чувствовал себя... мусором и демоном. Ненадолго я забыл про чувство стыда, меня принимали таким, какой я есть... Но это — самообман. Ты тоже отказываешься от меня в итоге...
