Вновь, по привычке, стараюсь быть с мужчиной на равных.
Он ведь всё равно знает.
Врать больше не получится.
— Да! — тихо кричу ему в лицо. — Ты стал донором, поздравляю! Ничерта от тебя не требую. Сделала всё так, как ты говорил. На тебя не записала, алиментов не прошу. Я выполнила свою часть сделки. Выполни и ты. Исчезни из моей жизни!
Прошу хрипло. Мой голос дрожит, глаза жжёт. Я чувствую, как голосовые связки спазмами сводит.
Изо всех сил стараюсь не разрыдаться, но потом отпускаю себя. Пусть. К черту. Хочет? Пусть смотрит, как мои глаза заволакивает пеленой.
— Ты сказал мне избавиться от ребёнка, — напоминаю. — Ты отправил… Нет у тебя сына, Савва. Он остался в больнице, куда ты меня на аборт хотел затащить.
— Я, кхм, — прокашливается. — Я не тащил, Мара.
— Серьёзно? Мне почудилось? Не было такого разговора?
— Был. Я сказал, но… Я рекомендовал тебе его сделать. Сказал, что не буду… Силком я тебя не вёл в кабинет. Финальный выбор был за тобой. Если бы я хотел убедиться, я бы всё контролировал.
— Очень благородно.
А ты не хочешь объяснить с чего вдруг ты поменял решение? Мы планировали беременность! Мы чертовы тесты проходили. Это не случайный залёт…
— Случайный. Но… Черт.
Савва начинает расхаживать по квартире. Матерится грубо. Оттягивает воротник свитера, ерошит волосы. Словно ему необходимо чем-то руки занять.
— У меня сын есть.
Произносит растерянно. Снова произносит, смакуя каждое слово. На бледном лице появляется смазанная улыбка.
Которая тут же сменяется злобой. Замирает.
— Я хочу сделать тест ДНК, — заявляет решительно.
— Убедится, что это не очередная попытка… То есть… Твою мать.
— Что? Я правильно угадала? — скрещиваю руки на груди. — Ты решил, что я вдруг залетела от другого? К этому была ремарка про попытку повестить на тебя ребёнка?
Савва лишь челюсть сжимает, подтверждая мои догадки. Невероятно. Серьёзно?
Боже.
Я кусаю губу, подношу кулак ко рту. За кашлем пытаюсь нервный смех спрятать, но получается плохо.
— Ты решил, что я пошла налево и поэтому выбросил меня как ненужную вещь, — хмыкаю.
— И это всё… Из-за каких-то догадок? Черт тебя дери, Дубинин, это вершина кретинизма.
— У меня были причины."
"— А мне плевать. Два года назад ты мог прийти ко мне с обвинениями. Разобраться. Дождаться результатов, к примеру. Но ты сразу всё перечеркнул! Ты… Мне плевать, что там у тебя было. Сколько любовниц беременных и…
Я задыхаюсь. Жадно хватаю губами воздух, стараясь справиться с эмоциями. Меня рвёт от них, разрезает сердце.
