— Ты скорее приезжай, — просит с детской серьёзностью. — Ладно? И желейки!
— Ляль, нельзя.
Слышу голос Наташи. Она терпеливо объясняет, что сладкого малышке нельзя. Пока так точно.
— О, — напрягаюсь, слыша оханье. — Я спать хочу, — зевает. — Я так устала…
Голос становится тише. Роняет телефон на кровать, скорее всего. Возится. А я прислушиваюсь к любым звукам.
— Мамочка. А если я засну — я увижу папу? Он тогда быстрее вернётся?
Прикрываю глаза.
Будто дослушиваю этот разговор. Погано становится.
Хочется сорваться.
Приехать. Но храбрости у меня не хватает.
Не могу там находиться. Наташа… Удивительная. Стойкая. Сильная.
Она постоянно в больнице. Всё время рядом с дочкой. Изредка домой заскакивает, чтобы что-то забрать.
Выдерживает всё. Не оставляет Лялю без присмотра. Страшно.
И мне тоже страшно. Безнадёгой окутывает, когда я захожу в белоснежную палату.
Своим бессилием захлёбываюсь. Там я ничего не могу сделать.
Ни болезнь подкупить, ни за полноценное лечение заплатить.
Диагнозы бывают такие, чтоб их.
Иногда, сколько б бабок не было, ничего нельзя поделать. Просто смириться надо.
Но с Лялей я не собираюсь смиряться.
И в больнице я ничем не помогу. А за её стенами — много вариантов. Найду выход из ситуации. Не безнадёжный ведь случай.
Ей лишь донор нужен. И нужен срочно.
Так больше всего шансов, что Ляля пойдёт на поправку и вылечится.
Я первым делом обследование прошёл. Надеялся, что подойду. Но нет. И Наташа мимо. Общее ДНК не всегда гарантия того, что человек подойдёт.
Но пока других вариантов нет.
Нужно других родственников искать. Их проверять, использовать.
— Снова уснула, — сообщает Наташа, снова со мной созваниваясь. — Она так много спит в последнее время… Савв, я попросить хотела.
— О чём?
— Если шансов нет — ты мне честно скажи. Я буду… Я… Я ведь каждую минуточку жду, что ты найдёшь донора. А ты ничего не рассказываешь.
— Шанс есть всегда. Я этим занимаюсь.
— Правда?
— Правда, Нат.
Занимаюсь. Делаю всё, что в моих силах и даже больше. Врачей подкупил.
Всех, кого можно.
Пытался найти хоть кого-то, кто подойдёт для Ляли. Хотя бы частичное совпадение.
Приехал сюда в поисках новых вариантов. А наткнулся на Марьям.
Случайность.
От которой я отказываться не планирую.
— Это меня Бог наказывает, — продолжает самобичевание. — За то, что с женатым связалась.
— Наташ, прекрати. Ты знаешь, что не в этом дело.
— Конечно. А в том, что один мудак не признался, что женат! Я же просто… Я просто хотела счастливую доченьку себе.
