— Я его видела. А он видел меня. Вместе с Кирюшей. Мне кажется… Кажется, он понял, что это ваш ребёнок.
Я замираю, медленно разворачиваясь к маме. Сердце ускоряется, о рёбра бьётся.
Едва не роняю на пол стянутое пальто, прижимаюсь к стене. Накрывает паникой, слабостью."
"— Не наш, — выдаю я через силу. — У нас с Саввой детей нет. Он от своего отказался!
— Марьяша, ну я же…
— Увидел и увидел, пустяки. Не думаю, что он сразу всё раскусил и подумал, что я родила от него. Может, он вообще тебя не узнал.
— Не узнал? Этот подлец свою тёщу забыл, которая ему пироги пекла?!
Я посмеиваюсь над тем, как возмущается мама.
Это помогает немного справиться с волнением.
Я быстро мою руку, а потом спешу в зал. Там моё маленькое солнышко играется. Подскакивает, едва увидев меня.
— Мамочка! — Кирюша, бросив игрушки, бежит ко мне. Подхватываю на руки. — Воть.
— Это ты нарисовал? — рассматриваю кляксы на бумаге. — А кто это?
— Ты. И ба. Я.
— Прям как на фотографии. Очень красиво.
Хвалю, приглаживая рыжеватые волосы.
Целую пухлые щёчки. Смотрю на своего маленького красавчика.
Боже, только на руках крошечный свёрток держала. А как быстро изменился. Вырос, бегает, права качает. Совсем скоро два года будет.
У меня и мысли не проскочило действительно сделать аборт. Я знала чего хочу. И я не Савва, чтобы за пару часов решение менять!
— Голодная с работы? — беспокоится мама, пока я с сыном усаживаюсь на ковёр. Кирюша демонстрирует мне свои игрушки. — Там суп остался.
— Спасибо, я не голодна, — благодарно улыбаюсь маме.
После таких новостей аппетит пропал.
— А пить будишь? Я морс приготовила. Вишнёвый, твой любимый.
— Буду!
Я иногда себе ребёнком кажусь, когда к маме приезжаю. Тепло, уютно. Пахнет пирожками, но на самом деле — заботой и любовью.
И я напитываюсь этими чувствами, в них свою силу нахожу.
Потому что сам факт приезда Саввы…
Немного расшатывает. Я не видела его. Не слышала ничего, не искала информацию. Полностью вычеркнула из жизни человека.
Будто это так просто…
Забыть человека, который сделал из меня — меня.
Когда мы познакомились, я была ещё студенткой. Молодой, испуганной. Закомплексованной из-за внешности. И мне было легче спрятаться в свою ракушку, чем спорить с кем-то.
А Дубинин… Ну, он был бульдозером. Пёр к своей цели, всех сметая с пути. Добивался желаемого. Умел найти выход из ситуации. Заражал уверенность.
Просто когда рядом такой мужчина — не хотелось прятаться. Училась быть решительной, подобно Савве добиваться своего.
