Мои личные заморочки не стоят рядом с тем, что происходит. Куда важнее угроза Дубинина. И как вести себя дальше?
Позвонить? Поговорить?
Я лелею маленькую надежду, что отцовство Дубинина останется втайне. И никогда не всплывёт.
Если Ляле понадобится снова что-то? Он побежит к Кириллу? Будет действовать ещё жёстче?
Я не могу этого допустить. Нужно подстраховаться.
— Балабанов, — по спине Юры прилетает мощный хлопок. — Рад видеть.
Резко поднимаю взгляд на подошедшего мужчина. Высокий и крупный. Выглядит чуть старше Дубинина, но седина в висках выдаёт возраст.
Юра приободряется, выдавливает себя приветствие. Бросает мне извиняющийся взгляд.
Ждать чего-то плохого?
— Привычки не меняешь. Всё тут обедаешь. Жена твоя? — возвращает внимание ко мне. — Наконец мы её увидели. А то всё прячешь. А про сына так вообще молчишь, партизан.
— Я о личном не распространяюсь, — отзывается спокойно.
— Ну, правильно, конечно.
Мужчина цепляет стул от соседнего столика, нагло усаживается к нам. Юра незаметно закатывает глаза.
— Привет, ковбой, — Кирюша от такого обращения смущается, прячется за меня. — Скромняга, да?
— Есть такое, Володь, — голос Юры становится жёстче. — Не любит посторонних.
— Понял. Мой младший такой же. Такие все неженки стали. Иногда нужна рука потвёрже.
— Думаю, я с воспитанием своего сына как-то разберусь.
Вроде и дружелюбно начали общение, но сейчас повисает напряжённая атмосфера. Буравят друг друга взглядами.
Друзья? Враги?
Первым сдаётся этот настырный мужчина. Смеётся, поднимая руки вверх.
Признаёт свою оплошность.
— Разберёшься, конечно, — кивает. — Я чего подошёл. Слышал, что ты переезжаешь. Надо бы встретиться, хочу обсудить кое-что. Расширение той программы.
— Хорошо. Обсудим. Я напишу. Если не против, у нас семейный день.
— Конечно. Не буду мешать. До встречи, ковбой. Всего хорошего, красавица.
Я нервно выдыхаю, когда мужчина удаляется. Перевожу дыхание. Не люблю таких вездесущих.
Но, кажется, Юра не любит ещё сильнее. Провожает хмурым взглядом, чуть покачивая головой.
— Прости за него, Маш. Володя довольно хамоватый. Но он один из первых моих заказчиков. Знакомый деда. Иногда приходится мириться с его поведением.
— Ничего, — отмахиваюсь. — Но ты мог соврать, про ребёнка. Знаешь. Думаю, теперь сложнее всем будет объяснить.
— Не страшно. В службах безопасности и так знают всю мою подноготную. Это не тот факт, который можно скрыть.
— А ты не переживаешь… Что потом будут вопросы? Мол, ребёнка не воспитываешь.
