Мой чужой муж

Я чуть ли ребенка не потеряла, а потом едва сама не погибла, а точнее, не была зарезана этой полоумной женщиной, накинувшейся с ножом на меня.

Мне казалось, что я уже все пережила, однако снова увидев Еву поняла, что нет, не все. Ее взгляд. Он был безумным. Пустым каким-то и одновременно полным ненависти, ко мне. Если бы ни Марат, который взялся буквально из ниоткуда, она бы перерезала мне глотку, и даже глазом бы не моргнула. Сколько силы было в ее руках, что я, ослаблена недавней операцией, не имела никаких шансов против нее.

В тот момент я поняла, что это Ева. Она это была изначально. Документы и фотографии фальсифицировала, подкладывала Марату то, в что он так легко поверил. он поверил ей, но не мне, и от этого что-то больно колет в груди.

Я думала, что Марат убьет Еву на месте. Я читала это в его взгляде, и он едва ли сдерживался, чтобы не сделать это при свидетелях. Когда Ева пырнула мужа ножом, я испугалась. Впервые за долгое время испугалась, что она может ему вред причинить.

Я, та, которая желала этому человеку адских мучений и боли невероятной за содеянное мне, теперь стола и молилась, чтоб он остался жив. Я хотела ему наказания за все что пережила по его воле, но уж точно не такое. Ему незачем умирать, чтобы доказать мне что-то. И я так вижу, что ему больно, как и мне.

Сейчас же, стоя рядом с Маратом на кухне в опасной близости, и обрабатывая его рану, снова невольно заглядываюсь на него. Широкоплечий и крепкий, он стал еще более мужественным за эти годы, и взгляд мой опасно падает на его торс красивый, на лицо со щетиной, и в глаза эти невыносимые для меня просто, когда-то такие родные, а сейчас чужие и опасные.

Другим он стал совсем, но и я больше не та наивная девочка. Я женщиной стала, матерью, одинокой волчицей. И чувствую его совсем не так, как раньше. Намного сильнее, откровеннее, и в то же время отдаленнее. Марат плохо влияет на меня, притягивает к себе как магнит, заставляя просыпаться самым тайным и сокровенным фантазиям, которые я пытаюсь забить, закопать поглубже в себе.

С ужасом признаю, что впервые за долгое время хочу касаться его, вот только сама себе не позволяю, иначе предам. Себя предам, не прощу, нет.

Невольно голодный взгляд мужчины на своей груди и лице ловлю, быстро руки от него одергиваю, отворачиваюсь. Только он так смотрит на меня, опасно и прямо. Ничуть не смущаясь, не боясь, вызов откровенный бросая. Слишком близко ко мне, не могу я так, нельзя.