Скоро проходят положенные мне часы и я жду, что сейчас меня начнут выгонять, но Стас все еще у себя, а его охрана так и не появляется. У Аришки нет ни соплей, ни температуры, так что я решаю, что она и правда уже выздоровела от своей простуды, поэтому купаю ее и одеваю в пижамку. Когда мы идем в гостиную, чтобы посмотреть мультики, я невольно вздрагиваю, увидев сидящего на диване Дубова. Он снова в маске.
- Извини, я не проснулся вовремя, — говорит мне мужчина. — Ты можешь идти.
- А ты сможешь проснуться к ней ночью? — скептически спрашиваю я.
— Может мне пока забрать ее? Ты же болеешь и Любы нет.
- Я похож на идиота? — выгибает бровь Стас. — Ты не уйдешь с моей дочерью из этого дома.
- Думаешь, я сбегу с ней? — возмущаюсь я и его взгляд говорит, что так он и думает.
- Не хочу рисковать. Но можешь остаться сегодня, если хочешь."
"Это предложение удивляет нас обоих, потому что даже несмотря на маску, я вижу выражение его лица и растерянность в глазах, прежде чем он снова берет себя в руки, словно именно это и собирался предложить с самого начала.
- Ладно, — соглашаюсь я.
- Отлично.
Мы пялимся друг на друга в неловкой тишине, пока мужчина резко не встает на ноги.
- Я буду у себя, — говорит он, и игнорируя протянутые к нему ручки ребенка, уходит, а я подхватываю Аришку на руки, чтобы предотвратить обиду на папу, и отвлекаю ее телевизором.
Меня все еще беспокоит, что Стас не поел, но зайдя на кухню часом позже, я вижу пустую тарелку от супа в раковине и не могу сдержать торжествующую улыбку.
Этот упрямый осел хоть в чем-то уступил.
Глава 26
Стас
Я проклинаю все и вся за то, что умудрился заболеть одновременно с няней. Очень не вовремя, учитывая, что меня постоянно клонит в сон, а за маленьким ребенком нужен глаз да глаз. Свое нелепое предложение Марине остаться на ночь я валю на затуманенный болезнью мозг, но вернувшись в спальню, понимаю, что дневного сна мне хватило с лихвой. На самом деле, чувствую я себя намного бодрее, чем утром, а вялость вообще исчезла.
По сути, ей необязательно оставаться, я справлюсь с Аришкой. Но почему-то я не возвращаюсь в гостиную и не говорю Марине уходить, а продолжаю лежать, тупо пялясь в потолок, пока голод не гонит меня на кухню.
Все, что побывало в моем желудке сегодня — это лекарства и кружка чая, который Марина оставила у моей кровати. Я долго думал, пить или нет, но все же решился. Он был еще теплым, когда я проснулся, прежде чем смочить горло и снова вырубиться.
