Марта сказала мне, что суррогатная мать родила ребенка, но к тому времени мы с Региной уже развелись и она не хотела иметь с этим ничего общего. Девочка находилась в доме малютки и я, благодаря ее связям, быстро оформил удочерение.
Марина выглядит злой и возмущенной до глубины души.
— Это неправда!
— Теперь-то я и сам это знаю, — вздыхаю я. — В тот день, когда я тебя… Когда у нас была годовщина…
Не знаю почему не смог докончить это предложение. Да, это я бросил Марину. И у меня были для этого причины, потому что наши отношения были лишь одной огромной ложью с ее стороны, но глядя сейчас на ее беззащитный вид, я не хочу быть жестким с ней.
— Когда ты меня бросил, Стас, — уточняет она с сарказмом. — Давай называть вещи своими именами.
— Ладно, — сдаюсь я. — В тот день бывшая помощница Марты снова связалась со мной и я поехал с ней поговорить. Она-то и рассказала про то, что Арина — копия внучки Марты, которая умерла, когда ей было шесть месяцев. Это случилось как раз в тот момент, когда малышка появилась у меня.
И если сложить все факты, то получается так, что для того, чтобы сохранить бизнес и постоянный приток денег от Марты, вы с мужем отдали свою дочь. Однако, вы не учли, что я не сдержу слово и все равно разрушу эту шарашкину контору. А учитывая, как быстро ты развелась с мужем, когда он потерял свое наследство, а потом устроилась на работу ко мне, все это выглядело совсем не как чудесное совпадение.
— То есть, ты решил, что я просто меркантильная женщина, ищущая спонсора, — хмыкает Марина, качая головой.
— Мать, для которой деньги важнее собственного ребенка. Даже жаль, что это не так. В таком случае, мне жилось бы намного легче, чем сейчас.
— Марина…
— То, что я устроилась работать в твой офис, действительно было чудесным совпадением, — решительно обрывает меня она. — Я пыталась пережить смерть своей дочери, поэтому ушла от равнодушного мужа, который продолжал жить дальше, словно ее никогда и не было. Я сменила работу, потому что коллеги лишь усиливали мою боль своим сочувствием и жалостью.
Я ненавидела всех, кто окружал меня, ненавидела весь мир за то, что он продолжает существовать, когда ее уже нет и она никогда не вернется. Ты знаешь, какого это — пережить смерть своего ребенка, Стас? — По ее щекам бегут ручейки слез, которые Марина вытирает резкими, злыми движениями. — Надеюсь, никогда не узнаешь, потому что это будет означать, что и мне придется испытать это снова, ведь дети у нас, к сожалению, общие.
