Мой драгоценный мужчина

Такой поступок, как «в гости на рассвете без звонка» – это совсем не в духе моего брата. Но даже если у него и есть какие-то скрытые мотивы, догадаться о них я не смогу.

– Ты-то сам свободен? – уточнил, бросая взгляд за мою спину, где по-прежнему находилась Харт.

– Помогу отнести лейтенанту Харт вещи в квартиру и вполне, – ответил, недолго думая.

Рашхан кивнул, и я повернулся к девушке. Она непроизвольно сглотнула, будто не ожидала от меня подобного, и неловко сделала шаг назад.

Я открыл багажник, прикинул количество контейнеров и сумок, чтобы вызвать грузовые платформы.

– Я сама справлюсь, капитан, – сказала так тихо, что я едва услышал.

Оглянулся, скептически уставился на нее. Интересно, как она эти тяжести на грузовую платформу перемещать будет. И как с нее снимать.

– Вас же брат ждет, – выпалила, не сводя с меня глаз.

– Вы, что же, желаете развлекаться тасканием сумок пару часов? – уточнил я, чувствуя раздражение. – И мои щиты, наверное, снять сможете, да, лейтенант?

Она смутилась, сжала пальцы в кулаки и прикусила губу, даже, похоже, не думая отвечать.

– Нет, капитан, вы правы, – выдохнула совсем непередаваемым голосом, от чего мне захотелось сказать что-то резкое.

К счастью, в этот момент подплыли платформы, и это избавило меня от разговора с Харт. Я нырнул в багажник, вытаскивая первые сумки.

– Переезд, лейтенант Харт? – уточнил Рашхан, неожиданно оказываясь рядом и принимаясь мне помогать.

Что он думал по поводу того, почему я взялся за это дело, я не мог и предположить.

– Гостинцы из дома, адмирал, – невозмутимо отозвалась Харт.

Лицо Рашхана вытянулось, и я не удержался и тихонько хмыкнул, продолжая выгружать контейнеры и сумки. Обе платформы оказались забиты под завязку, четыре сумки не влезли, и мы с Рашханом, не сговариваясь, подхватили их.

– Ведите, лейтенант, – велел я, отмечая, что выражение лица у кареглазой стало каким-то беспокойным.

Но возникать она не стала, и через десять минут мы оказались в ее квартире.

Полупустое помещение, если не считать светлой мебели и темно-бордовых штор.

– Синие сумки в спальню, там текстиль и какая-то одежда, черные – на кухню, контейнеры туда же, – сказал я, вспоминая наставление нары Оливии.

Рашхан невозмутимо кивнул, кареглазая тихонько вздохнула.