Мой драгоценный мужчина

Я так делала, – просто созналась она. – Можно даже ослабить регенерацию, при желании-то…

– Или, может, нашего злодея не было среди участников? – поинтересовалась Миранда, и тон ее голоса мне почему-то совсем не понравился.

Напряженный, словно она всеми силами пытается скрыть усталость. Последняя точно была, ведь задание выдалось не из легких, и две реальности из пяти на Космических играх были связаны с огнем.

Никто другой, кроме меня, не почувствовал изменений в ее голосе, внешне Миранда держалась абсолютно спокойно и уверенно, но я-то знал ее лучше.

Эта мысль мелькнула и затерялась, заставив ощутить странное щемящее чувство, и я вновь переключился на разговор.

– Зрителей я и Ника тоже проверили, всех до единого. Но он как сквозь землю провалился! – заметил Маркус, качая головой и сверкая зелеными глазами.

– Или же, действительно, как и предположил капитан Рейес, обладает способностью оставаться незамеченным для любого дара и скрываться, – добавил правитель Наран. – В любом случае, и в этот раз мы его не поймали.

Но главное все же, что мы не допустили, чтобы он устроил здесь бойню. Вы все отлично поработали! Обезвредили пешек, спасли полсотни жизней, явно улучшили репутацию одаренных, что нам на руку. Спасибо всем за работу! Отдыхайте и восстанавливайте силы!

Одаренные попрощались, отключаясь от сети, и я сделал то же самое, тут же повернувшись к кареглазой. Ее глаза как-то странно блестели, на щеках появился лихорадочный румянец.

– Лейтенант Харт, вы в порядке? – не выдержал я.

– Да, капитан Рейес, – отозвалась она, и внутри в очередной раз заворочалась тревога.

Наконец, через несколько минут мы добрались до площадки с флаерами и забрались внутрь моего транспортника. Я настроил маршрут, переводить на автоматическое управление флаер не стал, несмотря на выматывающий день и ощущение приближающегося отката. Затаившийся враг опаснее последнего, а сейчас после Космических игр одаренные, выложившиеся по полной, уязвимы. Необходимо быть готовым к чему угодно.

Нужно, в случае чего, защитить и себя, и притихшую кареглазую.

Я покосился на Харт, смотревшую прямо перед собой. Отметил ее напряженность, чуть заострившиеся скулы, сжатые добела пальцы. Состояние Миранды мне явно не нравилось, но спрашивать ее еще раз про самочувствие я не стал. Она уже ответила, и мой приказ – сказать про откат – помнила. Но беспокойство не отпускало меня всю дорогу.

Через полчаса флаер опустился на площадку жилого комплекса.