Мой друг тролль

– Коммерческая тайна! – отрезала Катя, пресекая попытку проникнуть в комнату отдыха и релаксации.

Она бы с удовольствием отправила телевизионщиков восвояси, но это показалось ей невежливым. Сама же дала согласие участвовать в программе «Бизнесвумен»!"

"Говорила, главным образом, сама журналистка. От Кати требовалось кивать и поддакивать. Ее это вполне устраивало, но не устраивало Лейку, которая жаждала принимать активное участие в разговоре. Однако опытная в теледебатах журналистка ловко ее «затыкала». Главной героиней шоу была Катя…

– Как же вам удается управлять столь могучим коллективом?

– Как-то справляюсь, – лепетала Катя, но ответ не принимался.

– Вы такая нежная и хрупкая, а в вашем подчинении такие могучие мужчины! – Светлана стреляла глазами то в Барана, то в Чару, и байкеры немедленно приосанивались. – И они вас слушаются? – Камера неторопливо проезжалась по могучим фигурам байкеров и вписавшемся в экспозицию сонном Двалине. – Трудно поверить! Может, вы знаете какое-нибудь заветное слово? Поделитесь с нашими зрительницами…

– Стоп! – внезапно воскликнул оператор.

Двалин, до сего момента безмятежно дремавший, встрепенулся, мигом извлек из глубин собственной одежды боевой топор и без малейших колебаний метнул его в оператора.

Тот в ужасе присел…

Но, как оказалось, целил гном не в него. В пустом пространстве перед камерой материализовался не кто-нибудь, а сам высший ши, Туат’ха Дананн Ротгар.

Топор до оператора не долетел.

– Цифровая техника, – сообщил он, обращаясь непосредственно к Кате и так безмятежно, словно они были старыми друзьями, которые только вчера расстались. – Как я мог забыть, что она неподвластна заклинаниям? Впрочем, это ничего не меняет. Тебе, детка, в любом случае придется пойти со мной.

– А не пойдешь ли ты сам, мужик? – поинтересовался Чара. И тут же, с места, прыгнул на Ротгара. С другой стороны на эльфа накинулся Баран…

К сожалению, силы были неравны.

Несильный вроде бы толчок – и здоровенный Баран пушечным ядром влетел в стену. Головой. А девяностокилограммовый Чара мигом раньше плюхнулся на задницу, баюкая вывихнутую руку.

– Не стоит меня трогать, – ледяным тоном произнес Ротгар. – Будет больно.

Высший ши никому конкретно не угрожал, но вокруг него сразу образовалось очень много места. Немая сцена. Тележурналистка как открыла накрашенный ротик, так и замерла.