Мой единственный

Удивляться не приходится, что сегодня ночью Мэлори пользовались всеобщим вниманием на балу в честь Джорджины. Джулия была знакома почти со всеми Мэлори, а кое с кем сошлась довольно близко.

Она давно подружилась со своей соседкой Джорджиной. Та часто приглашала ее к себе на небольшие светские вечера и даже на ужины в узком, «семейном» кругу. Джорджина была американкой, чьи братья, как и семья Джулии, занимались коммерцией. Один из братьев Джорджины незадолго до несчастного случая с родителями заключил с отцом Джулии соглашение о регулярных перевозках шерсти через океан.

Помимо всего прочего, Миллеры владели несколькими текстильными фабриками.

В конце прошлого года Джулия помогла Бойду Андерсону, младшему брату Джорджины, который взял в жены одну из Мэлори, подыскать дом в Лондоне для него и его молодой жены. За много лет отец Джулии приобрел в столице несколько прекрасных домов. Некоторые, те, что располагались в самых фешенебельных районах Лондона, попали к нему в качестве оплаты за долги, когда их владельцы не смогли рассчитаться с ее отцом.

Папа никогда не расставался с недвижимостью. Джулия была согласна с такой стратегией инвестиций. Она тоже отказалась продать Бойду дом, но смягчила свой отказ, отдав его в аренду на весьма длительный срок. Бойд был этому очень рад.

Да, она хорошо знала Мэлори, а также видела, что кое-кто из этой семьи, как, впрочем, многие в высшем обществе, жалеют ее. Никто не называл ее старой девой, но все знали, что она не сможет выйти замуж, пока в Англию не вернется ее пропавший жених, что вряд ли когда-нибудь случится.

Джулию не обижала жалость подобного рода. Святые небеса! Она и сама испытывала бы жалость к любой женщине, оказавшейся в столь щекотливой ситуации. Хотя большинство людей были достаточно тактичны, чтобы не говорить о ее помолвке при ней. Перси был исключением. Долго так продолжаться не могло. Она надеялась на лучшее. После разговора с Кэрол девушка успела навестить своего адвоката. Тот уже начал работать над составлением документа о признании ее жениха мертвым, но предупредил, что граф Менфорд, вероятнее всего, сделает все от него зависящее, чтобы отсрочить решение по этому делу.

На то, чтобы разорвать ненавистный договор, уйдет куда больше времени, чем она полагала.

– Я так и знала! – воскликнула Кэрол, подойдя к Джулии. – По нему видно, что все те гадости, которые о нем говорят, – истинная правда.

Джулия сдержала рвущийся из груди смех.