Наши бедра соприкасались при каждом шаге. Неприлично так жаться друг к другу. Но кто бы нас остановил? А сами мы оказались безвольными марионетками перед силой наших чувств.
— Ви.
— Да?
Молчание. Оно показалось мне невыносимо долгим. Я чувствовала, что Нэйт хотел что-то сказать, но почему-то не делал этого. Не решался? Не находилось нужных слов?
— Как твой проект? Ну, с этим… русым.
— О, совсем забыла тебе рассказать, я отказалась работать с Леоном. Сделаю артефакт сама.
Вздоха облегчения я не слышала, но чувствовала, как глубоко дышал Нэйт.
— Помощь нужна?
Я замялась.
— Не знаю. Ты что-нибудь понимаешь в артефакторике.
— Немного. Но я могу делать то, что можно сделать руками. Вырезать. выпилить или что вы там делаете.
Смешок сорвался с моих губ. Он так забавно об этом говорил.
— Не смейся.
— Я не смеюсь, — внезапный прилив нежности заставил меня поцеловать его в щеку. — Спасибо, я напишу, если мне понадобиться твоя помощь.
— Хорошо.
Снова молчание. Тягучее и мучительное. Что-то не так.
Я ощущала, что Нэйт не договорил, и интуиция не обманула.
— Ви, я…
— Да?
— Ви, я должен тебе кое-что сказать. Наша договоренность о фиктивности… Я больше не могу ее соблюдать. Не хочу.
Лицо бросило в жар от его слов.
— Ты имеешь в виду, что… — у меня перехватило дыхание.
— Да, Ви, я совру, если скажу, что ты мне не нравишься. И я не представляю, как расстанусь с тобой в конце учебного года. Я не хочу этого.
63
Оливия
Мы остановились. Казалось, и время должно было замереть, но мир продолжал жить.
Пары в обнимку топтались вокруг нас, музыканты играли, солист группы красиво пел о любви. Сквозь громкий смех посетителей доносились обрывки фраз."
"Все шло своим чередом, лишь я и Нэйт вырвались из происходящего. Нас будто бы отправили в мыльный пузырь. Даже звуки воспринимались как через водную завесу.
— Не хочешь расставаться, — шепнула я, как завороженная.
— Да, не хочу. Я не буду честен ни с тобой, ни с собой, если продолжу играть в фиктивность, — Уоррен улыбнулся.
— Я не могу выполнить обещанное, Ви. Не могу и не хочу.
Я не могла пошевелиться. Тело будто налилось свинцом, язык прилип к небу, в горле пересохло. Его откровенность не была полной неожиданностью, но я и предположить не могла, что мы будем говорить об этом сегодня. Сейчас.
— Я предлагаю больше не притворяться, Ви. Давай с этого момента будем настоящими. Будем искренними друг с другом. Ты и я.
— Давай, — прошептала я.
Нэйт больше ничего не сказал.
