— Скажи, а твои родители поженились по любви? Их же никто не заставлял, они выбрали друг друга, значит, хотели быть вместе? И были близки друг другу? Просто…
Наконец у меня сложились ощущения в слова, я поняла, что меня удивило и задело, это было заметно в мелочах, но я думала о другом.
— Я вижу их в первый раз, всего один вечер, но мне кажется, что они как соседи, чужие друг другу люди, живущие в одной квартире. Они не интересны друг другу, и… мы им тоже интересны формально совсем. — Выпалила и испугалась, обидеть не хотела, сказала, как прочувствовала.
Егор молчит какое — то время, мое сердце замирает, потом тянет меня к себе и укладывает на своем плече.
— Не знаю про любовь. Они встречались совсем молодыми, мама забеременела, когда ей было двадцать, поженились. Появился я. Жили мы ровно, без всяких скандалов. Она выучилась на бухгалтера и кажется, всегда считала и сводила цифры в балансах. Много лет работала в торговой компании и еще дополнительно отчетность мелких фирм вела. Мама очень педантична. Так что любовь к порядку у меня от нее, наверное.
Отца всегда все устраивало, он был хорошим мастером на заводе, нормально по советским меркам зарабатывал, гордился очень, когда дачу построил, все сам, своими руками и на свои деньги. — Говорит Егор так непривычно медленно, спокойно, даже растягивая слова и делая паузы, что мне кажется, будто он говорит и обдумывает это все одновременно. — Я в старших классах много ходил в походы. Любил момент возвращения домой из леса. В квартире всегда было чисто, все было всегда на своих местах и вкусно пахло жареной картошкой.
Это как родная гавань для корабля. Приходишь, все знакомо и тебя ждут…
Он замолкает. Я дышу уже ровно. Вообще Егор немногословен обычно и нечасто что-то рассказывает. Затаилась, тоже жду.
— Но ты в чем — то права, я уехал учиться в Москву. Главного центра общей заботы не стало. Мама еще пару компаний взяла на обслуживание, отец на даче пропадал, часто один. Каждый нашел свой круг интересов и забот. Потом мы с Киром стали приезжать в гости, но это редко, пару раз в год.
А когда я клиникой всерьез занялся, даже на эти поездки времени не стало. Мы очень давно не виделись, отдалились. — Егор ведет губами по моему виску, прижимается щекой.
— Наверное да, живут они вместе по привычке, как многие. Но разве это плохо?
— Я не знаю… — Очень хочется его обнять крепко — крепко, но я не осмеливаюсь. Но мне так хочется сделать шаг навстречу к нему, хоть на словах, и говорю — Обещаю, что буду тебя ждать.
