Высокий и статный, он сидел на углу обеденного стола из красного дерева и смотрел на меня в упор, словно ждал, когда я войду. Увидев нас, он отсалютовал фарфоровой чашкой, которую держал в руках и поднёс её ко рту.
Я остановилась в нескольких метрах от него. Как и вчера, на нём были чёрные джинсы и чёрная рубашка. Жилистое запястье украшали чёрные наручные часы, а в вырезе виднелась цепочка из какого-то светлого металла. Серебро, белое золото или платина. Почему-то я склонялась в сторону двух последних вариантов.
— Проголодалась? — спросил он с лёгкой усмешкой, задевшей лишь уголок его рта.
Я не ответила. К чему, если он и сам прекрасно знает ответ. Его это, однако, не удовлетворило, и он спросил более вкрадчиво, с некоторыми угрожающими нотками в голосе:
— Проголодалась, Милана?
Глаза его нехорошо блеснули, и мне стало понятно, что игнорировать его вопросы не следует. Какими бы очевидными ни были ответы на них. Этот человек привык к тому, что каждое его слово имеет значение, что на любой его вопрос последует ответ.
— Да, — просипела я, с трудом сдерживая желание поёжится от пронзительного холодного взгляда.
Он небрежно осмотрел меня с головы до босых ступней. Медленно, лениво. Задержался на голых коленях, поднялся к груди. Я сглотнула, он же, очевидно удовлетворившись увиденным, сделал ещё глоток, а после протянул мене почти пустую чашку. Я покорно допила кофе и стиснула тонкую ручку пальцами. Скотина! Высокомерная циничная скотина! Больше всего на свете хотелось швырнуть эту самую чашку ему в лицо, развернуться и выскочить из столовой, но я знала, что, если сделаю нечто подобное, придётся мне несладко.
— Подойди, — приказал Вандор."
"Я подчинилась. Сделала небольшой шаг к нему, потом ещё один и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Он посмотрел в вырез платья, потом поманил меня пальцем, и я подошла ещё ближе. Так близко, что почувствовала исходящий от него запах кофе с лёгким табачным оттенком. Вдохнула и почувствовала, как запах этот заполняет мои лёгкие, проникает в меня дурманящим туманом.
Вандор дотронулся до моих волос, чуть распушил их и, положив ладонь мне на затылок, заставил подойти вплотную. Я почувствовала его жаркое, мощное тело и выпуклость паха. Но подумать об этом как следует не успела, потому что губы мои накрыл его рот. Смяв их, он втолкнул в меня язык и стал целовать — жадно, откровенно, без тени сдержанности. Вторая его рука оказалась на моём бедре, подол платья пополз вверх.
Меня охватила дрожь.
