Зато Айран управлял птицей, переносил меня на крыльях, еще и зелье запретное пил, после чего вытравливал его противоядием, которое его полностью обессиливало.
Я повернулась к старичку, который продолжал заниматься цветами.
- Что вы с ним сделали? - прошептала едва слышно, боясь потревожить напарника.
- Ничего особенного. Постарался убрать действие запретного зелья. Только другим способом.
- С каких это пор домовушкины умеют такое?
- А с каких пор дриады стесняются своего дара? - усмехнулся он. - Мир меняется. И мы вместе с ним.
Я тут уже не одно десятилетие живу, чего не научиться новому?
Я перевела взгляд на напарника. Айран даже не пошевельнулся, но я точно знала, что он внимательно нас слушает.
- А тебя как зовут? Ведь вам давали имена, я точно помню.
- Давали. Только забыл я, - печально отозвался старичок. - Давно это было.
- Значит надо дать новое имя, - бодро отозвалась я. - Может есть какие-то пожелания? Или предпочтения?
- Да какие могут быть пожелания. Я уж и забыл, как это - иметь имя.
Я на мгновение задумалась, но ничего путного в голову не приходило.
- Может, Дэм? - неуверенно предложила я.
- Дэм? - переспросил домовушкин.
- Или Дэмар?
- Слишком длинное и умное, - покачал головой старичок. - Дэм хорошо, мне нравится.
- Значит договорились. Ты будешь Дэм. Привет, Дэм! - широко улыбнулась я.
- Здравствуй, Иви, - отозвался домовушкин.
Я повернулась к напарнику. Просто так, чтобы разделить с ним это мгновение, и замерла. Айран уже открыл глаза и теперь с мягкой улыбкой смотрел на меня.
И это улыбка и взгляд... ох, я сразу вспомнила наш поцелуй во всех красках и подробностях. А еще обещание, что он не забудет и мне не даст. От этого было волнительно, страшно и тревожно.
Я просто не знала, что делать с таким Айраном. В нем не было привычной холодности, а в глазах давно растаяли льдинки. И даже холодный светло-голубой цвет был неожиданно теплым.
От лучистой улыбки вообще можно было потеряться. Как и от собственных чувств, которые расцветали подобно ярким макам.
Точно не забудет. И я уже не смогу.
- Нам надо поесть, - заметил Айран, продолжая за мной наблюдать.
- Действительно.
Я тут же принялась усиленно рыться в рюкзаке. Где-то должен был остаться сух-паек.
- На табурете неудобно, - заметил парень и приглашающе похлопал по матрасу. - Иди сюда.
А голос такой... словно передо мной не крылатый азгар, известный своим хладнокровием, а какой-нибудь оборотень из семейства кошачьих. Они также разговаривали, словно мурлыкали.
