Как спросить у любимого парня, нет ли у него проблем с желудком, из-за которых он не может выйти из туалета, и при этом не умереть от неловкости? Ну не получалось у меня смотреть на Айрана только лишь как на пациента.
- Ничего не надо.
- Знаешь, после серьёзного ранения такое бывает.
Тишина и какое-то непонятное шуршание.
- Проблемы с желудком я имею ввиду. Я хочу, чтобы ты не стеснялся и сразу рассказывал о своих проблемах. Я могу помочь, правда. У меня травки есть, можно отвар приготовить… скрепляющий. Ты главное не стесняйся.
Дверь неожиданно открылась, заставив меня отпрянуть, и на пороге появился Айран с влажными после душа волосами, зачёсанными назад и обнажённым телом со следами жутких ран. Из одежды на нем было лишь полотенце. Опять. Кажется, мы все это уже проходили.
- Все в порядке, - белозубо улыбнулся азгар, - ничего скрепляющее мне не нужно. И с желудком, как и с кишечником у меня все отлично. Но спасибо за волнение.
- Ты что, принимал душ? – ахнула я, поняв причину его задержки.
- Ты же не думала, что я буду ходить весь в грязи и крови, со следами твоей волшебной мази? Она, кстати, отвратительно отмывается. Так пристала к коже, с трудом отодрал.
- Что ты отдирал?! – еще больше поразилась я.
А перед глазами уже возникали кровавые картинки. Вот Айран слишком сильно дернул или провел мочалкой по шву – раны открылись, кровь хлынула и тогда…
- Ты сдурел?!
- Зачем так грубо? – спокойно спросил он, обходя меня и медленно направляясь к лестнице.
Как бы летун ни храбрился, я видела, что каждый шаг давался парню с трудом.
И от этого разозлилась еще больше.
- Ты хоть понимаешь, что так нельзя?
- Нельзя игнорировать правила гигиены, - не оборачиваясь, отозвался Иргар.
- Ты мог упасть, потерять сознание, раны могли открыться!
- Как видишь, я жив и здоров. Только есть хочется. Как там каша?
Да он издевается!
- Айран Иргар! – рявкнула я, сжимая руки в кулаки, - ты… ты…
Куда-то пропало все красноречие.
А блондин, поднявшись на две ступеньки лестницы, обернулся, улыбнулся и вежливо подсказал:
- Я помню.
Твой самый невыносимый, жуткий и крылатый кошмар. Так?
- Да!
- Но ты все равно меня любишь, - еще шире улыбнулся летун.
- Что?! Да кто тебе сказал? – возмутилась я.
- Ты.
- Не было такого!
- Когда я мучился от лихорадки, - пояснил Айран, озорно мне подмигнув. – Знаешь, сначала я думал, что это мне все
приснилось. Волшебный сон, о
котором я столько мечтал. Но теперь я понимаю, что это было на самом деле.
