И посмотрела… заинтересованно. Или мне только показалось?
А ведь совсем недавно я сама говорила летуну, что из них бы получилась идеальная пара! И о чем я только думала в этот момент? Кто меня вообще за язык тянул?
Я искоса взглянула на Иргара. Дария у нас красавица с золотистыми волосами и светло-карими глазами. А еще умница и стихийница сильная. Вдруг… вдруг она ему понравится?
- Боюсь даже представить, что Иви обо мне рассказывала. Но я все заслужил, - попытался улыбнуться он.
А в глазах ничего не отразилось, лишь равнодушный интерес.
- Очень приятно познакомиться, Айран, - улыбнулся папа, подавая ему руку для пожатия. – Я Камерон Торбург. Моя жена Фиа и дочь Дария. Мы хотели бы поблагодарить тебя за спасение нашей дочери.
- Не стоит. Это Иви, она сама меня не раз спасала, - отозвался парень, бросив на меня полный нежности взгляд, от которого внутри все словно перевернулось. – Это я должен быть ей благодарен.
Эта нежность и любовь были такими яркими, что я даже смутилась.
- Мы были хорошей командой, - пробормотала тихо.
- Я что-то не поняла, - вытерев слезы, произнесла мама, подозрительно на нас уставившись. – А чего это вы так жметесь друг к другу?
- Господин и госпожа Торбург... - вдруг начал Айран, сильнее сжав мою вмиг вспотевшую ладонь.
В зале стало так тихо, что я боялась, что стук моего сердца слышали все.
Он же не собирается… прямо сейчас…
Не надо! Я не готова! Я не могу!
- Айран, давай потом, - выдохнула я испуганно.
- Нет сейчас, Иви.
Сейчас… - шепнул он и закончил уже в полный голос: - Я хотел бы попросить руки вашей дочери Ивилин.
«Ой, мамочки!»"
"Нет, я хотела этого. Его просьбы и всего остального, но не так. Не здесь в присутствии стольких свидетелей! Когда от смущения не знаешь, куда деться и как быть.
Гробовая тишина, которую первой нарушила Дария:
- Обалдеть, сестренка! – рассмеялась она и даже в ладоши хлопнула.
- Иви, - ахнула мама. – Ты собралась замуж?
А папа огорошил всех, задав вопрос:
- Ты беременна?
И мне еще казалось, что хуже быть не может.
- Нет! – возмутилась я.
- Мы с Иви любим друг друга. Очень давно, но все это время прятались от своих чувств, отказываясь признавать.
- А сейчас, значит, признали, - медленно произнес папа. – Может… бывает такое, что симпатию и благодарность воспринимают, как любовь. Особенно, когда проводят вместе много времени.
- Камерон! – ахнула мама, комкая в руках платок.
- Они еще дети, Фиа.
