– И почему ты одета?
- Подожди, дорогой, - вмешалась мама, обеспокоенно меня рассматривая. - Иви, как ты себя чувствуешь? Дария сказала, что тебе было плохо.
- Мне уже лучше.
- Мы и раньше замечали, что ты сильно изменилась с той битвы. Если ты хочешь поговорить или рассказать что-то, мы с отцом всегда готовы выслушать и поддержать тебя, солнышко.
- Нет, все нормально, - нервно улыбнулась я, размышляя, как бы сообщить им радостную весть.
- А вы отказались присутствовать на празднике из чувства солидарности, - заметил папа, взглянув на Айрана.
– Похвально. Но вам все-таки стоило бы прийти. Хотя бы для того, чтобы послушать речи своей почти жены. Юджиния Хастигс совершенно не стеснялась в выражениях, обвиняя вас в обмане и предательстве. В добавок она всячески пыталась очернить имя нашей дочери.
- Камерон, - попыталась вмешаться мама.
- Разве солгал? Все именно так и было.
«Ох, Юджиния! А мне казалось, что мы достигли компромисса и смогли друг друга понять. Выходит, ненависти и злости в тебе больше, чем благоразумия.
Жаль…»
- Мне жаль, что вы были вынуждены слушать речи Юджинии, - отозвался Айран, пока я мысленно ругала и проклинала его бывшую девушку. - Уверяю, она вас больше не побеспокоит.
Но его заверения нисколько не успокоили моих родителей.
- Разберитесь со своей семьей, Иргар. Разберитесь, решите все вопросы с обрядом духов стихий, а уж потом сватайтесь к нашей дочери, - решительно припечатал отец. – Я не хочу, чтобы её имя мешали с грязью.
- Папа, - ахнула я.
– Пожалуйста…
- Мы сегодня же возвращаемся домой, Иви. Мне совершенно не нравится вся эта ситуация. И то, как ты себя чувствуешь последние дни. Они все слишком давят на тебя, требуют что-то. Это неправильно. Мы заберем тебя домой, где ты сможешь прийти в себя, отдохнуть и все хорошенько обдумать.
- Со мной все хорошо. И я отсюда никуда не уеду, - отозвалась я.
Сама мысль о том, чтобы расстаться с мужем, причиняла нечеловеческую боль. Я не могла его оставить. Просто не могла.
- Отец прав, милая, - кивнула мама.
– Мы не запрещаем вам встречаться, но… Ты еще молода и не понимаешь. Мало того, что вы, Иргар, еще официально заняты, так еще и ваш отец нещадно пользуется сложившейся ситуацией. Мы не хотим, чтобы наша дочь сидела в четырех стенах, лишенная даже возможности отстоять свое мнение.
- Этого не будет! – твердо произнес Айран.
Не знаю как, но он сумел сохранить спокойствие и хладнокровие, хотя я видела, как горели огнем его глаза.
