Для летуна учеба и высший балл – это вся жизнь.
- И отличный шанс отомстить.
Что ж они все об одном и том же. Словно кроме мести нет ничего важного.
- Не такой ценой. Я не стану ломать кому-то жизнь! Даже в угоду собственному эго.
Кайни довольно улыбнулась и, протянув руку, сжала мою ладонь.
- Я горжусь тобой, Ивилин. Ты настоящая умница.
- Просто очень упрямая и принципиальная.
- Обещаю, я поговорю с ректором. Уверена, мы что-нибудь придумаем, - пообещала куратор.
Допив чай, я засобиралась назад. Нервное потрясение всё-таки негативно сказалось на моем состоянии.
Я страшно устала и больше всего хотела вернуться в свою комнату, упасть на кровать и не двигаться до самого утра.
Но моим желаниям не суждено было сбыться.
Стоило мне выйти из кабинета Кайни, как я наткнулась на летуна, который молчаливой тенью стоял у окна и явно меня поджидал.
- Извиняться не стану! – резко произнесла я, встав напротив и скрестив руки на груди.
- А я и не ждал, - спокойно отозвался он, как-то очень пристально и странно меня рассматривая.
- Что? – тут же насторожилась я.
- Ты в порядке? – огорошил летун меня следующим вопросом.
- Э-э-э-э, а с чего такие вопросы?
- Ты же сбежала с занятий.
- И что? Ректор уже в курсе. И не только ректор. Так что стучать поздно.
- Слушай, Торбург, - с досадой произнес Иргар и даже слегка сморщился. - Может хватит подозревать меня во всех грехах? Мы же вроде как напарники. Я обязан за тебя… волноваться.
- Надо же, какая честь, - фыркнула я.
А у самой сердечко забилось быстро-быстро.
Волнуется… он за меня волнуется. Но только потому, что так надо.
Но все равно приятно.
- Ты действительно боишься высоты? – вывел меня из задумчивости его следующий вопрос.
- И что? Решил поиздеваться?
- Ясно. Разговаривать с тобой бесполезно, - неожиданно резко ответил летун. – И почему я вдруг решил, что ты нормальная? Забудь.
- Что значит забудь?
- То и значит! Я пытаюсь как-то наладить отношения, а ты…
- Не надо ничего налаживать. У нас нет отношений и не будет! Всего три недели работы и все, - быстро ответила я.
- Отлично. Надо лишь пережить.
- Да.
- Всего три недели.
- Точно!
- Отлично!
Выпалив все это, мы застыли друг против друга, тяжело дыша.
Иргар явно хотел сказать еще что-то, но не стал. Лишь махнул рукой и ушел, так быстро, что я даже сказать ничего не смогла.
Так и стояла, хлопая ресницами, чувствуя, что только что совершила горькую и страшную ошибку.
12
Прошла еще неделя.
